Противотанковые штурмовики и истребители-бомбардировщики Люфтваффе

Противотанковые штурмовики и истребители-бомбардировщики Люфтваффе

Как и во многих странах, проблема борьбы с бронетехникой вставала перед немецкой авиацией периодически с середины 30-х годов. Первоначально, правда, эта проблема не была настолько остра – вполне хватало стандартных противотанковых средств наземных войск. Ситуация изменилась после утраты Германией стратегической инициативы на Восточном фронте, столкнувшись с массированным применением русских танковых корпусов.

 

Противотанковые штурмовики 

 Первым немецким самолетом, имевшим вооружение, годное для борьбы с бронетехникой был истребитель Heinkel He-112, проигравший тендер Мессершмитту Bf 109. Один из прототипов Heinkel He-112V5, обозначенный «Kanonenvogel» - дословно «пушечная птица» - был оснащен мощной 20-мм пушкой Rheinmetall-Borsig MG C/30L в развале цилиндров двигателя. Это орудие, фактически, стандартная 65-калиберная корабельная зенитка, обладала заметным преимуществом перед обычными авиационными пушками MG FF и даже более поздними MG-151, превосходя их и по начальной скорости снаряда 800 м/с, баллистике и по мощности боеприпаса. Стандартный снаряд MG C/30L - 20х138B, применявшийся также в швейцарских и финских противотанковых ружьях, обладал страшной пробивной силой. С дистанции 400 м 148-граммовый бронебойно-зажигательный снаряд по нормали пробивал 40 мм броню, то есть вполне достаточно, чтобы представлять угрозу почти для любого танка конца 30-х годов. Единственным серьезным недостатком этой пушки была низкая скорострельность, всего 280 выстр/мин, не позволявшая использовать ее в воздушном бою. Тем не менее, Не-112«Kanonenvogel» участвовал в боях в Испании как штурмовик и даже, по некоторым данным, якобы уничтожил три единицы бронетехники и бронепоезд. На сколько эти данные правдивы, к сожалению, осталось за кадром. В июле 1937 года самолет был разрушен в результате аварийной посадки из-за отказа двигателя.

 Позднее, пушку MG C/30L пытались приспособить для установки на истребитель Bf-109Е, но ее огромная масса (180 кг с полным 100-зарядным барабаном) и габариты в купе с малым темпом стрельбы, заставили отказаться от этой идеи. В результате, на долгие годы штатным пушечным вооружением стала легкая и относительно скорострельная пушка Oerlikon MG FF, совершенно не предназначенная для поражения бронетехники.

 Очевидно, понимая, несостоятельность MG FF для штурмовых операций RLM инициировало разработку более мощной артиллерийской системы. Rheinmetall-Borsig, просто смасштабировала зенитное 20-мм орудие MG C/30L до калибра 30 мм. Пушка MG-101 (позже получившая обозначение МК-101), унаследовала от родителя как все хорошие характеристики – мощнейший залп, тяжелый снаряд, хорошая баллистика и высокая начальная скорость, так и плохие – большую массу установки (179 кг) и малую скорострельность (230-250 выстр/мин), к которым добавилась еще малая вместимость 10-зарядного магазина (обычно загружали только шесть – восемь, а перезарядка магазина осуществлялась в полете задним стрелком).

 Штурмовая версия «охотника» Messerschmitt Bf 110C-6 с 30-мм пушкой MK-101

 

В порядке эксперимента пушкой МК-101 были оснащены 12 самолетов Messerschmitt Bf 110C-6. Пушка располагалась в подфюзеляжной гондоле, занимавшей изрядный объем (274 см в длину, 109 см в ширину и 61 см в высоту). При этом для экономии массы штатные пушки МG FF демонтировались. Все 12 самолетов использовались в штурмовой группе Erprobungskommando 210 в 1940 году в противотанковых операциях во Франции, а также в ходе битвы за Британию для обстрела английских радиолокационных станций и в качестве противокорабельных штурмовиков, заряжая в магазин равное количество фугасный и фугасно-бронебойных снарядов. Не смотря на довольно высокую эффективность 30-мм снарядов пушки МК-101, сама пушка оказалась не слишком надежной и еще до окончания битвы за Британию уцелевшие Bf-110C-6 были выведены из зоны боевых действий. Хотя имеется информация, что в 1942 году некоторое количество 110-х с пушками МК-101 применялось в ПВО Рейха.

 После первых попыток применения тяжеловооруженных штурмовиков в битве за Британию в развитии этого класса самолетов Люфтваффе наметился застой. К теме вернулись лишь в мае 1942 года, когда первые образцы противотанковых штурмовиков Hs-129, оснащенных старыми пушками МК-101, модифицированных под увеличенный 30-зарядный барабанный магазин, попали на Восточный фронт. Сначала штурмовики предполагалось использовать в решающем наступлении на Севастополь, но потом решили, что больше пользы они принесут при ликвидации окруженной группировки советских войск южнее Харькова. Действуя против частично деморализованных, лишенных поддержки с воздуха и испытывающих острую нехватку боеприпасов частей Красной армии, немецкие летчики доложили об уничтожении 23 танков и большого количества пехоты. О собственных боевых потерях немцы ничего не сообщают, однако пишут, что из-за постоянных отказов двигателей и хронической нехватки запчастей боеспособность эскадрильи быстро сошла к нулю.

 В целом, не смотря на достаточно скромные характеристики штурмовика Hs-129, он оказался достаточно устойчивой орудийной платформой для тяжелых пушек.

 Первоначально в пушке МК-101 для противотанковых операций использовался стандартный тяжелый фугасно-бронебойный снаряд массой 500 грамм и содержащий 14-15 граммов взрывчатого вещества. Применение этих снарядов выявило их недостаточную проницаемость вследствие сравнительно небольшой начальной скорости снаряда – около 690 м/с. С 300 м он по нормали мог пробить лишь 25-мм бронеплиту. С конца 1942 года начал применяться новый фугасно-бронебойно-зажигательный снаряд совершенно другой конструкции. Масса его была уменьшена до 455 г., но скорость возросла до 760 м/с. Соответственно возросла и бронепробиваемость. С 300 м по нормали – до 32 мм, а с 600 м – до 27 мм. При более реалистичном в бою попадании снаряда под углом 60 градусов, бронепробиваемость с тех же дистанций составляла 27 и 21 мм соответственно. Примерно в это же время на вооружение поступил самый эффективный из бронебойных снарядов для 30-мм пушек – 355-граммовый композитный снаряд бронебойно-зажигательного действия. Этот тип боеприпаса так называемый, Hartkernmunition (дословно - "боеприпас с твѐрдым сердечником") или по западной классификации - APCR (Armour Piercing Composite Rigid), помимо очень обтекаемой остроконечной формы, определяющей великолепную баллистику, имел сердечник из карбида вольфрама, вследствие высокого удельного веса, позволявший уменьшить габариты снаряда, а соответственно увеличить начальную скорость, которая при этом достигла фантастических для пушки 960 м/с, сравнимых с винтовочной пулей. Бронепробиваемость этого снаряда с 300 м достигла 75 – 95 мм по нормали (в зависимости от типа брони) или 42 – 52 мм при попадании под углом 60°. Этот снаряд оказался на столько удачным, что почти без изменений был скопирован для послевоенной револьверной американской пушки GAU-8A и применялся до начала 21 века!

30-мм снаряды для пушек MK-101 и МК-103:

Слева направо: 500-гр. фугасно-бронебойный ; 455-гр. фугасно-бронебойно-зажигательный, содержащий 11 граммов взрывчато-зажигательного состава; 355-граммовый композитный бронебойный «Hartkernmunition» с сердечником из карбида вольфрама.

 По немецким отзывам эффективность Hs-129 с пушкой MK-101 в противотанковой борьбе была феноменальной. Пилоты противотанковых «Хеншелей» из JG 51 оценивали стрельбу из пушки с 60% попаданий, что было намного больше, чем при монтаже оружия в крыльевых установках даже меньшего калибра. Это достигалось большей жесткостью подфюзеляжной установки, расположения пушки непосредственно под линией визирования прицела и очень хорошей внешней баллистикой 30-мм снарядов, длительное время сохранявшего высокую скорость.

 Однако, поставки снятого с производства орудия МК-101 были очень ограниченны. Но к лету 1943 года на вооружение штурмовиков Hs-129 версии В2/R2 поступила новая разработка концерна Rheinmetall-Borsig – МК-103, являвшаяся, по сути, глубокой модернизацией МК-101. Пушка была значительно облегчена, практическая скорострельность увеличена. Барабанный магазин был заменен на ленточную подачу из 100-патронной ленты. Были сохранены те же патроны 30х184b с тем же набором снарядов, хотя взаимозаменяемостью боеприпасов пришлось пожертвовать ввиду того, что в пушке был изменен ударный механизм с механического на МК-101 на электромагнит-соленоид на МК-103.

 

Противотанковые версии штурмовика Hs-129.

Сверху вниз:

Hs-129В2/R2 с 30-мм пушкой МК-101

Hs-129В2/R2 с 30-мм пушкой МК-103

Hs-129В2/R3 с 37-мм пушкой ВК-3.7

 Первые Hs-129В2/R2 с пушками МК-103 были применены в битве на Курской дуге, но ввиду недоведенности новой артсистемы не показали высокой эффективности. Позднее, оснащение «Хеншелей» пушками МК-103 стал стандартным и наиболее массовым противотанковым штурмовиком. За счет большей скорострельности МК-103 обеспечивалась несколько большая вероятность поражения наземных целей. Расчеты показывают, что применительно к сложившимся условиям боевого применения Hs-129B-2 с пушкой МК-103 в период 1943-45 гг. вероятность боевого успеха одиночного "Хеншеля" в одном боевом вылете при поражении советской техники могла составлять: средних танков - 0,02; легких танков всех типов - около 0,05; бронемашины - 0,09; автомашины - 0,14; артиллерия на позиции - 0,03. Этот результат лучше, чем при использовании пушки МК 101, но все равно нельзя признать высоким и соответствующим требованиям войны. Отметим, что уже на фронте с наступлением холодов выяснилось, что пушки МК-103, так же как и МК-101, совершенно не выносят морозов и отказывают. Надежность автоматики пушки также оставляла желать много лучшего. Тем не менее, пушечные Hs-129 были достаточно эффективны против советских танков. При условии истребительного прикрытия они добивались очень хороших результатов.

 В ходе Курской битвы на этом участке фронта действовали четыре эскадрильи Hs-129 под общим командованием гауптманна Бруно Мейера (Bruno Meyer). И в начальной фазе сражения им удалось достичь крупных успехов. 8 июля все четыре эскадрильи в течение дня поочередно атаковали под прикрытием FW-190 советскую танковую колонну, шедшую к линии фронта. Атаки производились сзади, чтобы поражать танки в наименее защищенный моторный отсек.

 К сожалению, наше командование не позаботилось о надежном зенитном прикрытии бронеколонны. В итоге было уничтожено и повреждено (по немецким данным) более 80 единиц бронетехники (реальные потери составили около 40 танков, что, впрочем, также немало). Намеченный контрудар во фланг 2-го танкового корпуса СС не состоялся. «Хеншели» в тот день потерь не имели.

Оберфельдфебель Диттрих (Dittrich) в 100 атаках записал на свой счет 42 советских подбитых танка; двенадцать пилотов штурмовиков из SG 9 за один день уничтожили 46 танков. Командир 10.(Pz)/SG 9 гауптманн Руффер (Ruffer Rudolf-Heinz) в течение апреля 1943 года подбил 63 танка, а за один день Курской битвы 7 июля 1943 года заявил 50 уничтоженных танков. Немецкий ас был сбит зенитной артиллерией менее чем через год, 31 марта 1944 года (в немецких архивах датой смерти считается 16 июля 1944 года), в районе Радеховского района Львовской области, сел на вынужденную, отстреливался, но был взят в плен советскими пехотинцами и на следующий день расстрелян.

Командир 10.(Pz)/SG 9 гауптманн Руффер (Ruffer Rudolf-Heinz) на стабилизаторе своего «Хеншеля»

 Сложно сказать, насколько правдивы отчеты немецких бронебойщиков-штурмовиков, но летом-осенью 1943 года их счета выглядят просто фантастическими, впрочем, мало отличаясь от победных реляций союзников периода боев в Западной Европе. Тем не менее, нет никаких сомнений, что эффективность пушечных «Хеншелей» в части борьбы с танками была в разы выше, чем действия союзных истребителей-бомбардировщиков. Превосходили они по эффективности и советские штурмовики Ил-2 с 37-мм пушками, что, не смотря на лучший комплекс характеристик у советской НС-37, объяснялось более совершенными 30-мм немецкими боеприпасами и более устойчивой орудийной платформой.

 Практически одновременно с противотанковой версией Hs-129В2/R2 с пушками МК-103 была выпущена еще более мощная противотанковая модификация Hs-129В2/R3 с 37-мм пушкой ВК-3.7 – адаптированной для применения в авиации автоматической зенитной пушкой Flak-18. Руководство Люфтваффе опасалось, что бронебойного действия 30-мм снарядов будет недостаточно. Однако появление 30-мм композитных боеприпасов Hartkernmunition, способных уверенно поражать все серийные советские танки того времени, временно сняло проблему, к тому же малый боекомплект ВК-3.7 и невысокая скорострельность пушки значительно снижали мобильность штурмовых эскадрилий. Да и само орудие оказалось на столь хорошо для противотанковой борьбы – сказалась «зенитное» прошлое пушки. Кроме того, испытания Hs-129В2/R3 выявили значительно ухудшавшуюся устойчивость машины при стрельбе, делая и без того сложное управление «Хеншелем» поистине, виртуозным занятием. Количество выпущенных Hs-129В2/R3 не превышало полутора десятков штук, и нет никаких данных об их применении на фронте.

 Появление на фронте новых советских тяжелых танков ИС-2 и средних Т-34-85 с усиленным бронированием послужило поводом для создания самого мощного немецкого штурмовика Hs-129B-3/Wa, основу вооружения которого составляла 75-мм пушка ВК-7.5, которая представляла собой авиационную модификацию полевой противотанковой пушки РАК-40. Для нее был разработан новый лафет, облегченный дульный тормоз, автомат заряжания и барабанный механизм на 12 снарядов. Масса всей установки на самолете составляла около 450 кг. Конструкцией предусматривался аварийный сброс контейнера вместе с пушкой. Одного попадания бронебойного снаряда пушки ВК-7.5 было достаточно, чтобы вывести из строя любой советский танк. Во время полигонных испытаний снаряды устойчиво пробивали броню башен не только "тридцатьчетверок" последних версий, но и тяжелого танка ИС-2. Считалось, что новый штурмовик в боевых условиях будет способен успешно поражать советские танки всех типов с дистанции стрельбы порядка 1000 м. В этой связи на штурмовик вместо коллиматорного прицела Revi С12/С установили телескопический ZFR 3В. Пушки MG151/20 в этом варианте снимались, но пулеметы MG 17 оставили для пристрелки.

Истребитель танков Hs-129B-3/Wa с 75-мм пушкой ВК-7.5

 Первые три экземпляра штурмовиков с 75-миллиметровыми пушками в июле 1944 года прибыли на полигон Тарневиц для испытательных стрельб по трофейным советским танкам. Результаты испытаний привели немцев в восторг. Даже стандартный фугасно-бронебойный 6.8-кг снаряд 75×714R, с начальной скоростью 792м/с с 500 метров по нормали пробивал 132-мм броню. Под углом 60° с той же дистанции пробивалась 104-мм бронеплита. Композитный облегченный снаряд массой 3.18 кг с начальной скоростью 990 м/с при тех же условиях пробивал 154 и 115 мм соответственно. Композитные 75-мм снаряды Hartkernmunition ограниченно использовались в противотанковых пушках РАK-40, но вероятнее всего, из-за дефицита вольфрама в конце войны на вооружение штурмовых авиационных частей не поступали. Таким образом, для орудия ВК-7.5 оказалась уязвима даже лобовая броня любых советских танков и Т-34-85, и даже тяжелых ИС-2. Однако испытательные полеты показали, что Hs-129B-3/Wa едва держится в воздухе, а максимальная скорость не превышает 250 км/ч. Наличие большого обтекателя пушки сильно снижало путевую устойчивость штурмовика. В сравнении с предыдущими вариантами пилотирование нового "хеншеля" усложнилось еще более. Поскольку ствол пушки находился примерно на один метр ниже продольной оси, проходящей через центр тяжести самолета, то вследствие большой отдачи пушки при стрельбе в воздухе возникал сильный пикирующий момент, и появлялась раскачка машины в продольной плоскости. Введение поправок в прицеливание после каждого выстрела было делом очень трудным, поэтому прицельным мог быть только один выстрел – первый, хотя темп стрельбы пушки 40 выстр/мин теоретически позволял произвести за один заход четыре выстрела. Но несмотря на столь плачевные результаты испытаний, было решено запустить новый штурмовик в серийное производство. Главное - наконец-то получен самолет, способный реально бить советские танки! Новый штурмовик получил индекс Hs-129B-3 и неофициальное прозвище «консервный нож» (Buchsenoffner).

 В течение июля-октября 1944 г. немцы сумели выпустить примерно 25 самолетов этого типа, которые были направлены на Восточный фронт. Имеются сведения, что в конце октября первые серийные Hs-129B-3 поступили в 13.(Pz)/SG9. Несколько позже новые "хеншели" поступили и в 12.(Pz)/SG.9, но в связи с тем, что 12-я эскадрилья 1 января 1945 г. была пересажена на "Фокке-Вульфы", "консервные ножи" были переданы в 10. и 14.(Pz)/SG9. Подробная информация о боевом применении Hs-129B-3/Wa отсутствует. Известно, что эти две эскадрильи были задействованы в боях на Зееловских высотах и даже записали на свой счет девять советских танков, включая два тяжелых ИСа, уничтоженных в 14-ти атаках, но насколько правдива эта информация ввиду полного господства в воздухе советской авиации на тот период, остается за кадром.

 Одновременно с противотанковым вариантом бронированного «Хеншеля» в Рехлине в 1942 году испытывался еще один противотанковый штурмовик, созданный на базе Junkers Ju-87D-3, главной особенностью которого являлась установка под крылом двух 37-мм зенитных пушек Flak-18. Вместе с магазинами на 6, 8 или 12 снарядов они крепились под крылом сразу за стойками шасси. В авиационном варианте пушка Flak-18 обозначалась как ВК-3.7 (Bord Kannone 3,7 см). Длинноствольное зенитное орудие с высокой начальной скоростью композитного снаряда обещало быть еще более эффективным для борьбы с бронетехникой, чем 30-мм МК-103. Контейнеры для пушек весом более 300 кг были легкосъемными и взаимозаменяемыми с обычными бомбодержателями. Крыльевые пулеметы и бомбовое вооружение отсутствовали. Бронирование самолета было ослаблено. В отличие от стандартного Ju-87D-3 на противотанковом «Юнкерсе» отсутствовало бронирование стрелка, центропланных бензобаков и водорадиатора. Лишь толщина задней бронеспинки летчика была увеличена до 20 мм. В остальном бронирование машины осталось без изменений.

  Штурмовик получил обозначение Ju-87G-1. Эта машина, не смотря на довольно скромную серию (общее количество выпущенных Ju-87G-1 и G2 составляло чуть более двух сотен штук, включая штурмовики, переделанные из бомбардировочной версии Ju-87D), была широко распиарена, главным образом благодаря командиру 10.(Pz)./StG2 Гансу-Ульриху Руделю (Hans-Ulrich Rudel), самому именитому бомбардировочному эксперту Люфтваффе, на счету которого числилось рекордное число подбитых танков – 519, большая часть из которых была уничтожена на штурмовике Ju-87G. И это не считая других его побед, включающих потопленный советский линкор «Марат», 11 сбитых самолетов и бесчисленное количество других целей.

Противотанковый штурмовик Junkers Ju-87G с парой 37-мм пушек ВК-3.7

Внизу: зарядка пушки 6-патронной обоймой

 Реально, пушечный «Юнкерс» отнюдь не был так хорош и эффективен, как принято считать. Ju87G показал себя медлительным и очень неповоротливым, что в сочетании с уменьшенным бронированием и слабым оборонительным вооружением делало машину идеальной мишенью для истребителей. Максимальная скорость самолета снизилась на 30-40 км/ч. Ju87G уже не мог пикировать (хотя на проходивших испытания опытных машинах имелись тормозные щитки), атака целей производилась с планирования под углами не более 10-12°. Кроме этого, по показаниям пленных немецких летчиков ввод в планирование был затруднительным. Затруднительным было и прицеливание вследствие плохой путевой устойчивости самолета, обусловленной аэродинамическим влиянием пушечных установок, большими разнесенными массами (вес одной пушки с лафетом, без учета веса магазина и снарядов, 473 кг) и возросшим полетным весом.

 Пушки ВК-3.7 имели довольно невысокую скорострельность и низкую надежность автоматики. По немецким данным пушка имела скорострельность до 70 выстрелов в минуту. Однако по данным НИИ ВВС КА вследствие недоведенности автоматики пушки ее боевая скорострельность ограничивалась в среднем одним выстрелом в две секунды. Низкая же практическая скорострельность самих пушек приводила и к весьма ограниченному числу выстрелов (не более двух) в одной атаке. Положение усугублялось еще и сильной отдачей пушек при стрельбе в воздухе и спецификой размещения их на машине. Вследствие этих причин штурмовик испытывал сильный пикирующий момент, и возникала раскачка самолета в продольной плоскости при стрельбе в воздухе. Удерживание линии визирования на цели во время стрельбы по наземным целям и ввод поправок в прицеливание было очень сложной задачей и практически невыполнимой. Поэтому прицельным мог быть только первый выстрел. Выход из строя одной из пушек автоматически делал невозможным стрельбу и из второй вследствие сильного разворачивающего момента. На части Ju-87G, которые переоборудовались из бомбардировщиков Ju-87D иногда сохраняли штатные крыльевые 20-мм пушки MG-151, используемые для пристрелки или чтобы сохранить экипажу хоть какую-то иллюзию вооружения после расходования боекомплекта 37-мм снарядов, боезапас которых составлял в обоймах всего 6, 8, либо 12 патронов.

 Невысоки были и характеристики самой пушки ВК-3.7. Повторить успех 30-мм композитных снарядов Hartkernmunition с 37-мм снарядом не удалось. То есть облегченный 405-граммовый снаряд, также имевший наполнитель из порошкового карбида вольфрама имел очень высокую начальную скорость – 1140 м/с, но вследствие неудачной формы снаряда из-за «зенитной» наследственности, внешняя баллистика его была много хуже, чем у 30-мм аналогичного снаряда и скорость быстро падала с увеличением дистанции стрельбы. Так, бронепробиваемость его на дистанции 600 м составляла 95 мм по нормали и всего 47 мм под углом 60°, что было значительно хуже показателей композитных 30-мм снарядов МК-103 и мало отличаясь от обычного 680-граммового фугасно-бронебойного снаряда штатного патрона 37х263R, имевшего значительно меньшую начальную скорость – 800 м/с (50 мм по нормали и 40 мм под углом 60° с 500 метров). Стоит также отметить, что эффективность 37-мм композитных снарядов Hartkernmunition сильно зависела не только от угла попадания в цель. Бронепробиваемость резко падала в случае попадания в танки, оснащенные дополнительными броневыми экранами пассивной защиты, которую начали активно применять во второй половине войны для защиты от кумулятивных боеприпасов. И в этом случае рекомендовалось использовать обычные фугасно-бронебойные снаряды менее чувствительные к такой преграде.

Попытки вооружения пушками ВК-3.7 других самолетов приводили к таким же результатам. Так, истребитель-штурмовик Bf-110G-2 в субмодификациях R1; R2; R3, выпущенные в 1942 году небольшой серий также несли в подфюзеляжной гондоле это орудие. Но ввиду того, что бронирование с самолета снималось для экономии массы, в качестве штурмовиков их не использовали. Да и в качестве перехватчика тяжеловооруженный Bf-110 также оказался слишком медлительным.

 В целом, несостоятельность пушки ВК-3.7 как противотанкового средства явилась неизбежным «зенитным» прошлым орудия. Похожая ситуация повторилась с 50-мм пушкой ВК-5, которую даже не пытались использовать в качестве противотанкового средства на штурмовиках Люфтваффе.

 

Бронебойные авиационный снаряды Люфтваффе:

-бронебойный 20х82 пушки MG-151/20

-бронебойный композитный Hartkernmunition 30х184B пушек МК-101 и МК-103

- бронебойный композитный Hartkernmunition 37х263B пушки ВК-3.7

- фугасно-бронебойный 50х419R пушки ВК-5

- бронебойный композитный 75х714R пушки ВК-7.5

Использование пушек ВК-3.7 с пушечных «Юнкерсов», накладывало изрядные ограничения на дистанции открытия огня. Это было связано с пушечными установками, разнесенными на 4.4 м друг от друга и необходимостью сведения огня на определенном расстоянии. Обычно точка сведения находилась в пределах между 270 и 750 м. Чаще всего это была дистанция 400 метров, оптимальная для приемлемой эффективности орудий. К тому же, учитывая навесную траекторию 37-мм снарядов, пушки на «Юнкерсах» располагались под небольшим углом вверх, что также требовало поправки при прицеливании и точной дистанции открытия огня. По мере увеличения толщины брони советских танков эффективность платформы Ju-87+ВК-3.7 неуклонно снижалась, дистанция для более или менее эффективного поражения уменьшалась, что требовало ювелирного мастерства от пилотов. К несчастью для немцев таких асов, как Рудель в составе штурмовых эскадрилий Люфтваффе становилось все меньше и меньше. Да и сам Рудель, даже если принять на веру его огромные счета, выходил в атаку на советские танки под прикрытием групп «обычных» пикировщиков Ju-87, которые отвлекали на себя и ПВО и истребители.

 Неудовлетворительные бронебойные характеристики пушки BK-3.7 заставили отказаться от использования в штурмовых эскадрильях самолета Messerschmitt Bf 110G2/R1 с 37-мм пушкой.

 Применение противотанковых «Юнкерсов» шло параллельно с пушечными «Хеншелями», начиная с начала 1943 года, когда была сформирована специальная противотанковая группа "Panzerversuchs-kommando" во главе с гауптманом Штеппом для проведения войсковых испытаний на фронте. В феврале 1943 г. в Хортице в составе 4-го ВФ была сформирована специальная противотанковая группа "Weiss" под командованием оберст-лейтенанта Вейсса, на вооружении которой стояли только Hs-129B.

 В апреле-мае группа "Weiss" и "Panzerversuchs-kommando" приняли участие в боях на Кубани, где практически проверялись отработанные на полигоне тактические приемы борьбы с советскими танками и способы организации тесного взаимодействия с наземными войсками. По результатам "работы" противотанковых авиагрупп был сделан вывод, что при условии низкой эффективности одиночных бронированных "хеншелей" какой-либо реальный эффект на поле боя можно получить только в случае массированного применения этих штурмовиков на узких участках фронта на танкоопасных направления. Было решено создать специальную противотанковую авиагруппу FuPz на Hs-129B, а в составе каждой эскадры пикировщиков - формировать отдельные противотанковые эскадрильи на Ju-87G. При этом в FuPz включались все имеющиеся в наличие противотанковые эскадрильи из 1-й и 2-й эскадр непосредственной поддержки войск. В боях за Курский выступ противотанковые Ju-87G состояли на вооружении всего двух эскадрилий - 10.(Pz)/StG2 и 10.(Pz)/StG1. По немецким данным, на начальной фазе сражения немецким противотанковым "хеншелям" и "юнкерсам" удалось достичь серьезных успехов. Так, тот же командир 10.(Pz)./ StG2 гауптман Рудель уже в первый день сражения, 5 июля, заявил об уничтожении 12 советских танков. Причем 4 танка, по его словам, были уничтожены в первом боевом вылете. Пилоты противотанковых штурмовиков в ходе Курской битвы отчитались о десятках подбитых танках только за первые два дня сражения. Отметим, что заявления немецких пилотов об уничтожении большого количества советских танков, как, впрочем, и других наземных целей, обычно не подтверждались ничем, кроме их собственных слов. На большинстве самолетов кинофотопулеметы отсутствовали, а если и были, то фиксировали не столько результат действия, сколько попадания снарядов в танк. Как и следовало ожидать, реальные потери советских танкистов от бомб и артогня немецкой авиации в действительности оказались значительно скромнее, чем это отражается в докладах немецких пилотов.

 Так, по данным штаба советской 1-й танковой армии Воронежского фронта, против которой действовали противотанковые эскадрильи Hs-129, боевые безвозвратные потери в танках Т-34 от воздействия авиации в целом в период с 5 по 20 июля 1943 г. составили всего 7 машин, или 1,6% всех потерь "тридцатьчетверок". Кроме этого, от артогня и бомб люфтваффе армия потеряла около 30 легких танков Т-60 и Т-70. Боевые потери танковых соединений и частей Центрального фронта от бомбоштурмовых ударов немецкой авиации за июль-август 1943 г. составили 187 выведенных из строя танков и САУ всех типов, или 6,3% всех потерь. Исходя из имеющейся статистики распределения боевых потерь, можно предположить, что из этого числа примерно 70 танков составили безвозвратные потери. В дальнейшем Hs-129B и Ju-87G-1 продолжали "громить" советские танки и САУ и нести при этом значительные потери. Так, эскадрильи FuPz за 11 дней боев безвозвратно потеряли 30% своего первоначального состава. К середине августа в составе группы насчитывалось около двух десятков "хеншелей".

 Положение дел в эскадрах пикировщиков наглядно характеризует признание командира StG2 оберст-лейтенанта Э.Купфера, который писал:

 "Ju-87 больше нельзя использовать ни на одном фронте, даже на Востоке. Например, моя эскадра за восемь месяцев потеряла 89 экипажей. В пересчете на год это соответствует. 100-процентному обновлению летного состава. Если так будет продолжаться еще год, результатом будет полный конец штурмовых частей... У меня есть эскадрильи с одним самолетом на вооружении. ...Мы должны как можно скорее, я бы сказал немедленно, начать перевооружать части с Ju-87 на Fw-190. Ситуацию с личным составом штурмовых частей можно определить как "последний парад". С 5 июля 1943 г. я потерял двух командиров эскадр, шесть командиров эскадрилий и двух адъютантов групп, каждый из которых совершил более 600 боевых вылетов. Такой опыт уже не заменить... Мы не можем позволить себе терять тех немногих, кто остался..."

 К осени 1944 г. в люфтваффе сохранилась только одна группа Руделя III/SG2, еще летавшая днем на Ju-87D и G вместе с двумя противотанковыми эскадрильями 10.(Pz)/SG2 и 10.(Pz)/SG77.

 Отчаянное желание получить эффективный противотанковый самолет породило еще несколько проектов.

Противотанковые штурмовики

Вверху: Ju-88Р-V1 с 75-мм пушкой KWK-39

Внизу: серийный Ju-88Р1 с 75-мм ВК-7.5

Противотанковые штурмовик

Junkers Ju-88P-2 с парой 37-мм пушек ВК-3.7

 

Противотанковые штурмовик

Junkers Ju-88P-4 с 50-мм пушкой ВК-5 из VII/Kampfgruppe 1

 Летом 1942 года средний бомбардировщик Ju-88А-4, оснащенный 75-мм противотанковой пушкой КwК-39, проходил испытания под обозначением Ju-88Р-V1. Пушка устанавливалась в большом обтекателе под фюзеляжем, из-за чего самолет во время испытаний в Бернбурге прозвали «Dicken Berta» - "толстая Бeрта". Hижняя гондола была снята, а за обтекателем была оборудована нижняя стрелковая установка со спаренным пулеметом МG-81Z. Пушка, установленная под некоторым углом вниз, имела ручное заряжание, а ее ствол выступал на полтора метра за фюзеляж.

 Испытания в Рехлине позволили сделать вывод о целесообразности запуска самолета в серию. Хотя обстрел трофейных советских танков Т-34 показал, что за каждый заход штурмовик успевал сделать только два выстрела (что, впрочем, не отличалось от практики применения любого другого пушечного штурмовика). Первый выстрел делался с высоты порядка 300 м в пологом пикировании, второй - с высоты 80 м. В серии самолет получил обозначение Ju-88Р-1 и отличался отсутствием остекления в носовой части и новой пушкой Раk-40 с большим дульным тормозом и электро-пневматической системой перезарядки. Пушка и большой обтекатель сделали Ju.88Р-1 очень плохим в управлении и уязвимым от истребителей, хотя подвеску пушки можно было сбросить с помощью взрывных устройств в случае экстремальной ситуации, например, при выходе из строя одного из двигателей. Экипаж состоял из трех человек. Вооружение состояло из одного курсового МG-81 и двух оборонительных МG-81Z сверху и снизу фюзеляжа. Двигатели Jumo-211J-2 были защищены броней, а консольные баки сняты. С нормальным взлетным весом 11000кг максимальная скорость Ju-88Р-1 была только 390км/ч.

 Испытания в опытной противотанковой команде в конце 1943г. и в Panzerjager Staffel 92 "охотников за танками" на Восточном фронте показали, что Ju-88Р-1 может удовлетворительно действовать по танкам, но пушка имела слишком малый темп огня, а самолет - никаких шансов уйти от истребителей.

 Вскоре на испытания вышли еще два опытных образца Panzerjager – Ju-88v-54 (WerkNr. 1881) с пушкой ВК-7,5 и Ju-88v55 (WerkNr. 1182) с перспективной авиационной пушкой Rheinmetall-Borsig MK-112 калибра 55 мм. МК-112, хоть и обладала хорошим темпом стрельбы для такого калибра, но начальная скорость ее снаряда была слишком мала для противотанковой борьбы, поэтому была выбрана отработанная ВК-7.5 и V54 стал прототипом для серийных Ju-88Р-1.

 Вскоре несколько Ju-88P-1 поступили на вооружение строевого подразделения Panzerjager Staffel 92, вошедшего в состав третьей группы первой бомбардировочной эскадры Гинденбург (III/K.G. 1 Hindenburg).

 Тем временем конструкторы фирмы Юнкерс сделали попытку найти более скорострельный вариант вооружения для Ju-88P. Тяжелую ВК-7,5 заменили двумя пушками ВК-3,7 с электропневматическим механизмом перезарядки, что обеспечило практическую суммарную скорострельность около 30 выстрелов в минуту. Вариант также был запущен в малую серию под обозначением Ju-88Р-2. Еще одной особенностью "двойки" было усиленное бронирование. Хотя Ju-88Р-2 создавался в качестве противотанкового, его пытались использовать и в роли перехватчика американских дневных бомбардировщиков. Однако летные данные не позволяли Ju-88Р-2 выходить на перехват цели, а если это случалось, недостаток маневренности не позволял выйти из под перекрестного огня плотного строя американских бомбардировщиков. В последние месяцы войны уцелевшие Ju-88Р-2 вновь направили на борьбу с танками. Они были переданы в штурмовые группы (Nachtshlahtgruppe), и на этом их след в истории войны теряется.

 Дальнейшие шаги в этом направлении были сделаны при постройке малой серии самолетов Ju-88Р-3, несших аналогичное вооружение, но усиленную бронезащиту. Но броня не обеспечивала никакой защиты от истребителей, и вопрос об улучшении летных характеристик оставался открытым. Попыткой его решения стал вариант Ju-88Р-4 прототипом которого стал упоминавшийся уже Ju-88v-57/1. Самолет облегчили, установив более компактную гондолу с одной 50-мм пушкой ВК-5. Доработали и оборонительное вооружение самолета, а облегчение позволило снова установить держатели для бомб, отсутствовавшие на Ju-88Р-2, 32 самолета Ju-88Р-4 поступили на Восточный фронт в конце 1944 года, но пробыли там недолго, хотя и успели понести значительные потери.

 Но "четверка" не была последней в списке пушечных Ju-88. На переоборудованном серийном Ju-88A-4 (WerkNr. 2079) смонтировали разработанную фирмой Rheinmetall-Borsig безоткатную пушку DuKa 8,8. Этот монстр калибра 88 мм стрелял снарядами весом 4,35 кг. Самолет был построен и полностью испытан, при этом его оружие работало хорошо. Но систематические налеты союзной авиации на заводы в Дассау затормозили работы, и к концу войны серийный выпуск наладить не успели.

Экспериментальный Junkers Ju-88A-4 (WerkNr. 2079) с 88-мм безоткатной пушкой DuKa 8,8.

 Ну и совсем уж фантастично выглядел проект пушечного штурмовика, созданного на базе тяжелого бомбардировщика Heinkel He-177. В начале зимы 1942-43 гг когда немногочисленные Hе-177 были срочно брошены на снабжение окруженных в Сталинграде немецких войск, в частях технического обслуживания на нескольких машинах в нижнюю гондолу ставили либо пару 30-мм пушек МК-101 либо 50мм ВК-5. Боезапас для пушки размещался в бомбоотсеке.

 Пушечные штурмовики на базе тяжелого бомбардировщика Heinkel He-177

Два верхних фото: Hе-177А-3/R-5 с парой 30-мм пушек МК-101

Внизу фотография модели "Stalingradtyp" с 75мм пушкой ВК-7.5 в нижней гондоле

 Модернизированные самолеты с определенным успехом использовались для штурмовки наземных целей в перерывах между транспортными полетами. Впоследствии был создан Hе-177А-3/R-5 или "Stalingradtyp" с 75мм пушкой ВК-7.5 в нижней гондоле. Вместо стандартных DВ-606 были установлены более мощные DВ-610. Всего было выпущено пять машин этого типа - сила отдачи была слишком велика, а сама установка сильно снижала летные данные самолета. Данных об их практическом применении не сохранилось. Известно, что уцелевшие пушечные «Хейнкели» после поражения немцев под Сталинградом были «модернизированы обратно» в обычные бомбардировщики.

 

 Истребители-бомбардировщики Люфтваффе

 Как и во всех воюющих странах идея использования одномоторных истребителей для нанесения бомбоштурмовых ударов по наземным войскам противника была освоена и авиацией Германии. В начальный период войны в этом качестве вполне успешно использовались устаревшие модификации истребителей Messerschmitt Bf-109. Что характерно, что в модификации Bf-109E с самого начала ее выпуска существовали и чисто ударные субмодификации истребителей-бомбардировщиков Bf-109E-1/B; Bf-109E-4/B, оснащенные бомбодержателями и штурмовик с усиленным бронированием Bf-109E-7/U2, даже когда версия «Е» Мессершмитта отнюдь не была устаревшей. В более поздних версиях Bf-109 бомбардировочное оборудование уже было стандартным в ―U‖ и ―R‖ комплектах.

 Действия немецких истребителей бомбардировщиков на начальных стадиях войны было достаточно эффективным. Как оказалось «по зубам» им не только охота за транспортными колоннами и железнодорожными составами, а и достаточно серьезные цели вроде боевых кораблей. В ходе битвы за Крит 22 мая 1940 года особо отличились истребители-бомбардировщики из JG77, атаковавшие английские эсминцы «Kandahar» и «Kingston», а чуть позже в этот же день, предопределив судьбу легкого крейсера HMS «Fiji». Крейсер был поражен несколькими бомбами с Мессершмиттов, лишился хода и энергоснабжения. Добивали уже беспомощный корабль бомбардировщики Ju-88.

 Кампания в России позволила проявить себя немецким истребителям-бомбардировщикам в полной мере, ибо целей для них было более, чем достаточно – мосты, железные дороги, транспоpтные колонны, отступающие деморализованные советские части, а подчас и толпы беженцев.

Истребитель-бомбардировщик FW-190F. Восемь 50-кг авиабомб на подвесках под крыльями и фюзеляжем.  

 Еще большую популярность для атак наземных целей приобрел истребитель Focke-Wulf FW-190, с самого своего появления доказавший невероятную гибкость в применении. С 1942 года пошел в серию специализированный штурмовой вариант FW-190F. Первые субмодификации предполагали лишь стандартную установку бомбодержателей, поздние FW-190F-8 и FW-190F-9 стали уже настоящими штурмовиками, работавшими как по живой силе, так и по бронетехнике, для чего оснащались подвесками под самое экзотическое оружие от тяжелых 30-мм пушек МК-103 до самых различных образцов немецкого ракетного оружия, о котором подробно будет рассказано ниже. Около 196 Fw-190 были оснащены ракетами «Panzerblitz», и около 96 ракетами «Panzerschreck». Согласно докладам, из III./SG4, действовавшей на Восточном фронте, между 21 января и 16 марта 1945, было выпущено 934 ракеты, с заявками на 23 уничтоженных танка, 11 танков поврежденных, и небольшое количество уничтоженных других транспортных средств, что, учитывая очевидное преувеличение пилотов, нельзя назвать удовлетворительным результатом.

 Тем не менее, действовали штурмовики FW-190F достаточно успешно, особенно учитывая глобальное численное превосходство противника в воздухе, постепенно вытесняя из штурмовых групп Ju-87G и HS-129.

 Параллельно выпускались и чисто бомбардировочные версии FW-190G, в поздних субмодификациях способные поднимать даже 1800 кг бомбы – рекордную нагрузку для одномоторных истребителей. Даже хорошо распиаренный американский Р-47 «Thunderbolt» не был способен на это, по крайней мере в серийных версиях.

 Штурмовики Fw-190 имели неплохое бронирование. От лобовых атак лѐтчик защищался звездообразным двигателем воздушного охлаждения и передним 50-мм бронестеклом. Кабина пилота оборудовалась 12-мм заголовником, установленным на подвижном колпаке фонаря, бронеспинкой кресла (8 мм) и бронеперегородкой. Кольцевой маслорадиатор в носовой части двигателя прикрывался 5-мм передним кольцом капота и броневым колпаком. Кроме того, бронировались нижние стенки капота двигателя, нижние поверхности центроплана, нижняя часть фюзеляжа под бензобаками. Общая масса брони составляла 360 кг. На истребителе-штурмовике Fw-190А-5 для защиты лѐтчика при атаках наземных целей помимо переднего бронестекла толщиной 50 мм, бронеспинки толщиной 8 мм и сдвижного бронезаголовника 13,5 мм, была установлена броня по внешним обводам фюзеляжа: снизу, под мотором - 6 мм, под фюзеляжем до заднего обреза кабины - 5 мм, имелась бортовая броня кабины пилота. Всего 18 плит различной толщины общей массой 306 кг.

 Следует отметить, что при повторных атаках объектов прикрытых зенитной артиллерией и истребителями, Fw-190 несли весьма ощутимые потери, броня не спасала. Однако, атакуя колонны снабжения, штурмовики часто добивались успеха. В РККА не было зенитных самоходных установок и основным подвижным средством ПВО были зенитно-пулемѐтные установки калибра 7.62 мм установленные на грузовиках. Зачастую огонь пулемѐтов Максим оказывался неэффективным. Fw-190 обладал хорошей ремонтопригодностью. Этот ударный самолѐт был хорошо приспособлен к тяжѐлым воздушным боям на Восточном Фронте – мощный, надѐжный и живучий двигатель, надѐжное бронирование и хорошая подвижность позволяла использовать его без сопровождения истребителей, правда во второй половине войны выбора у немцев все равно не было. Штурмовые самолѐты действовали в условиях многократного численного превосходства авиации РККА и выделять дополнительные истребители для сопровождения других истребителей возможности уже не было. Общее количество выпущенных ударных версий «фоккеров» оценивается примерно в 6.5 тыс. штук – внушительный процент от 20 тыс. выпущенных FW-190 всех версий.