Новости

Штурмовая авиация Второй Мировой Войны - истребители-бомбардировщики союзников

Штурмовая авиация Второй Мировой Войны - истребители-бомбардировщики союзников

 Идея использования истребителей-бомбардировщиков для непосредственной поддержки собственный войск возникла спонтанно уже в ходе боевых действий 2-й Мировой войны. Первоначально на роль истребителей-бомбардировщиков «списывались» истребители предыдущего поколения, которые в исходном качестве начинали устаревать. Трансформация представлялась предельно простой – установка пары бомбодержателей под крылья, примитивного бомбового прицела и минимальной бронезащиты. Причем, последние два параметра были вовсе не обязательны. Через такую трансформацию прошли практически все истребители всех стран, участвовавших в войне. В начальный период войны у союзников наиболее распространенными машинами этого класса был британский Hawker «Hurricane» и американский Curtiss P-40 (известный как «Kittyhawk», «Warhawk» и «Tomahawk», в зависимости от версии), впрочем, не менее активно эксплуатировавшийся и Британским союзом.

  Впервые попытка превратить устаревающий истребитель «Hurricane» в истребитель-бомбардировщик была предпринята в апреле 1941 г. На полигоне Боскомб-Даун испытали «Hurricane» Mk.I, под крыльями которого висели две бомбы по 113.5 кг. Министерство авиации одобрило эту попытку превратить "Харрикейн" в истребитель-бомбардировщик. Конструктора фирмы «Hawker» спроектировали подобную подвеску и для модификации IIb. Чтобы упрятать в крыло балки бомбодержателей и тросовую проводку к замкам, пришлось снять четыре пулемета - по два крайних из каждого крыла. Самолет успешно испытали в мае 1941 г. Впоследствии часть машин действительно переоборудовали подобным образом, но большинство последующих получили усовершенствованный вариант подвески - с сохранением всех 12 пулеметов. С мая 1941 г. в Лэнгли началось серийное производство модификации «Hurricane» Mk.IIс, оснащенных четырьмя 20-мм пушками «Hispano». Хотя официально машина продолжала считаться дневным истребителем, на практике в этом качестве ее применяли мало - уж слишком велика была разница в скорости и скороподъемности с современными ему версиями bf-109 и появившимися позже FW-190. Зато «Hurricane» освоил множество других "профессий" - ночного истребителя, дневного и ночного истребителя-бомбардировщика и штурмовика.   

  Ценность «Hurricane» Mk.IIс как штурмовика возросла после оснащения его реактивными снарядами. Он стал первым британским одноместным истребителем, получившим подобное оружие. Заказ на оснащение "Харрикейна" реактивными снарядами поступил в октябре 1941 г. Первые три опытные "двойки" получили балки под три 25-фунтовые ракеты под каждым крылом. Первые стрельбы реактивными снарядами были произведены 23.02.42 и, хотя из-за плохих баллистических характеристик точность оказалась невысокой, простота и дешевизна ракетного оружия привели к его массовому производству и применению.

 

 

                                            Реактивные снаряды Великобритании.

 

 В принципе, как известно, все новое – это хорошо забытое старое. Идея вооружения самолетов ракетами восходит в Англии еще ко временам 1-й Мировой войны, когда вооруженные примитивными ракетами английские и французские самолеты использовались для борьбы с наблюдательными аэростатами. В разгар Битвы за Британию в июле 1940 года для борьбы с немецкими бомбардировщиками англичане использовали 2-дюймовые зенитные неуправляемые ракеты, запускаемые с примитивных станков, так называемые «Z-батареи». В то же время витала идея оснащения этими ракетами и истребительных эскадрилий для тех же целей ПВО. Однако, дальше обсуждений дело не пошло. К идее авиационного ракетного оружия вернулись в июне 1941 года, но уже для других целей.   

  Столкнувшись с задачей борьбы с немецкой бронетехникой в Северной Африке, англичане внезапно осознали, что 20-мм пушки не способны поражать немецкие танки, а обычные бомбы не достаточно точны. Кроме того, и морская авиация также искала эффективное оружие для борьбы с подводными лодками и небольшими судами противника. В апреле 1941 года Генри Тизард (Henry Tizard), председатель Комитета исследований в области аэронавтики (Aeronautical Research Committee ) – создал группу аналитиков для изучения проблемы методов борьбы с бронетехникой. Возглавил группу видный ученый Айвор Боуэн (Ivor Bowen), который и предложил для борьбы с бронетехникой использовать ракетное оружие, как средство доставки мощной боеголовки, способной уничтожить или вывести из строя любой танк.

  В августе 1941 года поступила информация об успешном применении в СССР реактивных снарядов против немецких танков. Были предприняты определенные усилия, чтоб получить образец русских РС. Вероятно дипломатические шаги дали результат, хотя доподлинно неизвестно, как и с кем велись переговоры в Москве. Так или иначе, к сентябрю 1941 года были получены схематичные чертежи советских 82-мм реактивных снарядов. Насколько они помогли в разработке английских ракет история умалчивает, но в том же сентябре в Англии были уже разработаны два собственных проекта.

  Первый, по сути, повторял зенитную 2-дюймовую ракету, использовавшуюся в «Z-батарее» с фугасной боевой частью массой 23 фунта (10.4 кг), начиненной пластиковой взрывчаткой, так называемой «Nobel 808».

  Второй вариант – 3-дюймовый, предполагал бронебойную цельностальную боевую часть массой 20 фунтов (9 кг)

  Проведенные расчеты показали, что 2-дюймовый вариант едва ли будет эффективнее 40-мм снаряда пушек «Vickers»-S, поэтому было решено сосредоточить усилия на 3-дюймовом варианте.

  В начале 1942 года были испытаны два варианта авиационных твердотопливных реактивных снаряда, использовавших единый ракетный движитель калибра 3 дюйма (76.2 мм), представлявший собой простую стальную трубу с реактивным соплом, содержащую 5 кг кордита - ракетного топлива. В качестве боевой части использовались – 25-фунтовый (11.35 кг) бронебойный выстрел калибра 3.44 дюйма (87.3 мм) и фугасный 60-фунтовый (реальная масса его несмотря на обозначение составляла 47 фунтов или 21.31 кг) калибра 4.5 дюйма (114.3 мм). Установка той или иной боевой части происходила непосредственно перед боевым вылетом и занимала у наземного персонала не более нескольких минут. 

 Боевые части английских реактивных снарядов.

- слева: 25-фунтовые бронебойные – вверху «25lb AP rocket Mk.I»,

- справа: фугасный 60-фунтовый «60lb НЕ No1 Mk.I»,

- посередине: бронебойно-фугасный 60-фунтовый «60lb No2 Mk.I», к обозначению        которого часто добавлялось «SAP» - Semi Armour Piercing - полубронебойный

- внизу - «25lb AP rocket Mk.II» 

 

 25-фунтовый бронебойный реактивный снаряд являлся, по сути, простой болванкой, изготовленной из мягкой стали, не содержащей взрывчатого вещества. Позднее вместо стальной боевой части начали использовать бетонную. Общая масса снаряженной 25-фунтовой ракеты составляла 17.5 кг. Пороховой заряд ракеты сообщал ей скорость около 400 - 430 м/с. Дальность эффективной стрельбы составляла порядка 1000 метров, предельная дальность – 1600 м. Проведенные испытания показали, что на дистанции 400 м 25-фунтовая ракета пробивала 78-мм броню при угле встречи 20 градусов. На дистанции 700 метров бронепробиваемость даже возрастала и составляла 88 мм. При попадании в танк, броня его почти гарантированно пробивалась, а продолжавший гореть кордит маршевого двигателя не оставлял экипажу никаких шансов. Однако плохая стабилизация ракеты в воздухе не обеспечивала точности даже при залпе из нескольких ракет, что снижало боевую ценность этого оружия. 

 

 Бронебойный выстрел 25-фунтовой ракеты «25lb AP rocket Mk.I» 

 

  25-фунтовая бронебойная ракета, обозначаемая как «25lb AP rocket Mk.I» (часто встречаются обозначения UP – unrotated projectile – дословно, «невращающийся снаряд», а также RP-3 - Rocket Projectile 3‖ – ракетный снаряд, 3-дюймовый) имела длину 315 мм. Позднее, в 1944 году была разработана модификация Mk.II. Суть модификации свелась к способности поражать подводные цели, сохраняя траекторию под водой до глубины 10 м, для чего обводы боевой части приобрели более обтекаемую форму. Масса выстрела ракеты «25lb AP rocket Mk.II» несколько уменьшился и составлял 11.25 кг, Длина ее составила 373 мм, а калибр боевой части 96.5 мм. Суммарный выпуск 25-фунтовых ракет составил с 1942 по начало 1945 года – 281 тысячу штук.

  25-фунтовые реактивные снаряды начали активно применяться английской штурмовой авиацией в Северной Африке с июня 1942 года, но к концу войны практически перестали использоваться. Гораздо большей популярностью в конце войны пользовались более мощные 60-фунтовые ракеты, боевую эффективность которой на момент появления военные специалисты явно недооценили.

  Разработка 60-фунтовой ракеты затянулась до конца 1942 года. Ее планировали использовать прежде всего для атак кораблей противника и подводных лодок. Для того, чтоб перед взрывом боевая часть могла проникнуть внутрь корпуса ее снабдили взрывателем замедленного действия. Первый вариант 60-фунтовой ракеты, несмотря на обозначение, весил несколько меньше – 47 фунтов или 21.3 кг. Боевая часть вытянутой обтекаемой формы содержала 3 фунта взрывчатого вещества (1.36 кг), снаряжаясь либо чистым тротилом, либо смесью гексогена и тротила в соотношении 6/4. Общая длина ракеты составляла 558 мм.

  К середине 1943 года первые серийные 60-фунтовые фугасные ракеты были применены в боевых условиях. Однако, как показала практика, применение этих ракет по кораблям оказалось недостаточно эффективным. Прямые попадания в корпуса подводных лодок противника не всегда обеспечивали пробития их, а наружный взрыв не наносил серьезных повреждений. Поэтому было решено отказаться от использования этого оружия для атак морских целей, ограничившись наземным применением. При этом было установлено, что при прямом попадании в немецкие танки Pz.IV, Pz.III, гарантированно пробивалась верхние и кормовые бронелисты, выводя танк из строя. Причем, было также зафиксировано в ходе боевых действий во Франции, что даже тяжелые танки «Тигр» выводились из строя и без пробития брони. 

 

 Боевая часть бронебойно-фугасного 60-фунтового реактивного снаряда «60lb No2 Mk.I», хвостовик порохового двигателя с четырьмя стабилизаторами и электрозапал (неофициальное название"pigtail" – поросячий хвостик), подведенный через сопло к кордитным шашкам порохового заряда.

 60-фунтовые реактивные снаряды:

 - вверху боевая часть фугасного «60lb НЕ No1 Mk.I»

 - внизу бронебойно-фугасный (полубронебойный) «60lb SAP No2 Mk.I»

 

 Задача поражения кораблей и подводных лодок противника, таким образом, оставалась открытой. В конце 1943 года был разработан усовершенствованный вариант ракеты, ставшей самой массовой и распространенной в английской авиации. Длина ее стала немного меньше, чем у первоначального варианта – 553 мм. Боевая часть ее значительно «распухла» и вмещала теперь 12 фунтов (5.45 кг) взрывчатого вещества. Первоначально чистого тротила, позднее либо аматола, либо смеси аматола и тротила в соотношении 6/4. 6-дюймовая (152 мм) боевая часть массой ровно 60 фунтов (27.3 кг) имела бронебойный наконечник из закаленной стали и была способна пробивать броню толщиной до 200 мм на дистанции до 1 км. Правда, ввиду того, что маршевый двигатель остался прежним, а масса боевой части возросла, скорость полета ракеты еще снизилась – до 350 м/с, что предопределяло ее меньшую точность. 

 Монтаж маршевых частей на 60-фунтовые бронебойно-фугасные боевые части ракет «60lb SAP No2 Mk.I»

 

 

 Общий объем выпуска 60-фунтовых ракет с конца 1943 года по конец 1945 превысил 760 тыс. штук.

 Для прицеливания использовался штатный прицел GM.II, несколько позднее был разработан усовершенствованный прицел GM.IIL, со шкалой позволявший корректировать линию прицеливания. Стандартной загрузкой для большинства самолетов RAF, использовавших ракетное оружие были 8 стальных рельсовых направляющих по четыре под каждым крылом. Начиная с 1944 года стальные направляющие были заменены алюминиевыми.

  Ввиду того, что ракетное оружие использовалось англичанами практически на всех типах самолетов, за исключением, разве что тяжелых бомбардировщиков, было вполне очевидно, что техника пилотирования при атаке скоростного истребителя «Темпест» кардинально отличалась от противолодочного «Хадсона» или допотопного «Суордфиша», поэтому для каждого типа самолетов, применявшего ракеты, были разработаны подробные инструкции по применению реактивных снарядов.

  Кроме вышеупомянутых снарядов на базе все того же 3-дюймового ракетного двигателя ограниченно применялись 18-фунтовые фугасные боеголовки (по этим боеприпасам нет информации об их боевом применении) и 12-фунтовые – учебно-тренировочные.

  В конце войны велись работы по созданию кумулятивной боевой части в том же корпусе, правда, скорее всего, применить ее в боевых действиях 2-й Мировой войны англичане уже не успели.

  Интересное продолжение получили 3-дюймовые английские ракеты в 2-тонной бетонобойной реактивной бомбе «Disney Bomb» или «Disney Swish», разработанной в конце 1943 года капитаном английского флота Эдвардом Терреллом (Edward Terrell) специально для атак немецких свермощных бетонных укреплений на Атлантическом побережье.

  Это оружие представляло собой боевую часть диаметром 15 дюймов (381 мм), содержащую 230 кг взрывчатки шиллита – композиции лиддита и динитрофенола и маршевой части диаметром 17 дюймов (432 мм) в которой помещались 19 стандартных 3-дюймовых маршевых двигателей ракет, прикрытых с хвостовой части легким обтекателем. Общая масса реактивной бомбы Диснея составляла 4500 фунтов (2 тонны), а длина 16 футов 6 дюймов (5.03 м). 

2-тонная реактивная бомба Диснея.

 

 

 Предполагалось, что после сброса с самолета этой бомбы ракетные ускорители разгонят ее до сверхзвуковой скорости, достаточной для того, чтобы пробить бетонное перекрытие толщиной до 5 метров.

Испытания «Диснея» проводились в начале 1945 года близ Саутгемптона. В процессе испытаний проводились калибровки прицелов, так как траектория падения бомбы Диснея сильно отличались от свободно падающих бомб.

 Боевое применение их было ограниченным. Всего было использовано 158 этих бомб. В качестве носителей использовались бомбардировщики В-17 из 92 бомбардировочной группы 8 армии США. Каждый бомбардировщик нес на внешней подвеске по две бомбы, которые сбрасывались с высоты 6100 м. В течение 30 сек, до высоты 1500 метров они падали свободно, затем включались ракетные двигатели, хвостовой обтекатель отделялся и бомба Диснея разгонялась до 440 м/с – 1590 км/ч.

 

 

                                          Британские истребители танков.

 

  Недооценка англичан в использовании реактивных снарядов по бронетехнике в начальный период войны и привело к тому, что, как было уже сказано выше, первые серийные образцы английских «эрэсов» появились на вооружении эскадрилий RAF только во второй половине 1942 года. В то же время интенсивные боевые действия в Северной Африке требовали создания эффективного средства поражения танков Роммеля. К счастью под рукой оказалась 40-мм автоматическая пушка «Vickers»-S, разработанная еще перед войной как перспективное средство для борьбы с бомбардировщиками противника с больших расстояний. Как уже было подробно описано в разделе о британском авиавооружении, первые образцы этого оружия планировалось использовать в башнях модернизированных бомбардировщиков, сделав из них некое подобие сверхтяжелых перехватчиков. Однако, с началом войны концепция изменилась и пушка осталась невостребованной. В разгар боев в Ливии о ней вспомнили. Хотя сейчас уже нельзя сказать, кому конкретно пришла в голову идея использовать это орудие на самолете для штурмовых операций. Первоначально для этих же целей планировали использовать модификацию опытной зенитки «Rolls-Royce» BH, использовавшей те же 2-фунтовые снаряды 40x158R, однако пушка Виккерса показала лучшие данные. Относительно невысокая начальная скорость снаряда – 615 м/с считалась приемлемой для стрельбы на короткие дистанции, кроме того, к этой скорости добавлялась еще и скорость атакующего самолета, эквивалентной 400 км/ч или 110 м/с. Расчеты показали, что стандартный 1.13-кг бронебойный снаряд был способен на дистанции в 400 метров пробивать 50-мм броню. Более мощный 1.36-кг снаряд, разработанный в 1942 году повышал бронепробиваемость на 9% . В теории снаряд «Vickers»-S был способен устойчиво поражать немецкие танки Pz.IV последних версий.

 

  Пробные отстрелы 40-мм пушек как «Vickers»-S, так и «Rolls-Royce» BH, установленных на самолетах «Mustang» и «Beaufighter» были проведены летом 1941 года и, в целом, подтвердили расчеты инженеров. При этом выяснилось, что баллистические характеристики пушки Виккерс очень близки к 7.7-мм пулемету Браунинг, что позволяло использовать последний в качестве пристрелочного оружия. При этом, отдача столь мощного оружия, благодаря длинному откату в 430 мм, не превышала таковую у 20-мм «Hispano», что позволило разместить под крылом истребителя Hawker «Hurricane» Mk.IID пару 40-мм пушек «Vickers»-S в обтекателях. Также сохранили пару пристрелочных Браунингов. Боекомплект пушек составлял 15 патронов в барабане + еще один обычно при вылете загружали в патронник. Единственную проблему представляла невозможность вести огонь очередями, поскольку после каждого залпа нос истребителя сильно «проседал» и для следующего выстрела пилоту приходилось снова выводить машину на линию прицеливания. Строевые пилоты, знавшие об этой особенности, старались перед стрельбой корректировать линию прицеливания.

 

  Стандартной тактикой атаки Харрикейнов с 40-мм пушками стало пикирование с 1500 м практически до земли на скорости около 400 км/ч. Стрельба открывалась с 900 метров от цели. Как правило, пилот успевал сделать два залпа до выхода из атаки.

 

  Первые из 300 выпущенных Hawker «Hurricane» Mk.IID поступили в 6-ю эскадрилью RAF в Северной Африке в период с мая 1942 по май 1943 года, а также 5-ю, 7-ю, 20-ю и 184-ю южноафриканские эскадрильи. Эффективность их в штурмовых операциях транспортных и бронетанковых колонн не прикрытых зенитной артиллерией, была очень высока. Известен случай 10 марта 1943 года, когда 19 «Hurricane» Mk.IID атаковали колонну немецких танков и бронемашин, наступавших на позиции генерала Леклерка в районе озера Чад. Колонна была практически разгромлена. Поздее, пленные немцы оценили эту атаку очень высоко. По их словам они потеряли шесть из двенадцати танков. Остальные шесть получили повреждения от попаданий 40-мм снарядов. При этом, деморализованные экипажи покинули вполне еще боеспособные машины.

 

  За время боевых действий в Северной Африке по английским данным штурмовики «Hurricane» Mk.IID огнем 40-мм пушек было атаковано 144 танка противника, из которых 47 было уничтожено, не считая 177 других транспортных средств, что, учитывая относительную малочисленность этих штурмовиков можно оценить как вполне удовлетворительную.

 

  Тем не менее, тяжелый и лишенный бронезащиты Харрикейн (имеющиеся бронелисты исходной модели были удалены в штурмовой версии для облегчения конструкции) был практически беззащитен против вражеских истребителей. Кроме того, в случае атак на цели, прикрытые средствами ПВО, они также несли серьезные потери. За год боев от действий зенитной артиллерии на Средиземноморском ТВД было потеряно 39 штурмовиков Харрикейн, в том числе шесть были сбиты в одном вылете.

 

  В 1943 году начался выпуск модернизированного штурмовика Харрикейн версии Mk.IV. Внешне малоотличимый от Mk.IId, он, тем не менее, был оснащен более мощным двигателем, локальной бронезащитой и, так называемым, «универсальным крылом», на которое 5 человек наземной команды за 40 минут могли поменять состав вооружения – 40-мм пушки Vickers-S, 8 направляющих для реактивных снарядов или пилоны для бомб. Большая часть из около 500 выпущенных «Hurricane» Mk.IV служила за пределами метрополии, но три эскадрильи (137, 164 и 184) базировались в Англии.

 

  Небезынтересны официальные британские отчеты об эффективности вооружения штурмовика «Hurricane» Mk.IV. 40-мм пушка «Vickers»-S рассматривалась как высокоточное оружие, пригодное для уничтожения небольших целей, таких, как паровозы и танки, в то время как реактивные снаряды считались пригодными для атак небольших судов. Рекомендовалось, чтоб эскадрильи, вооруженные штурмовиками «Hurricane» Mk.IV имели смешанный состав вооружения и пушечный, и ракетный. Операции, проведенные 11-й группой RAF во Франции против каботажного судоходства с использованием как пушек, так и реактивных снарядов, были оценены удовлетворительно.

 

  В июне 1943 года RAF для борьбы с танками Вермахта рассматривал следующее вооружение своих штурмовых эскадрилий в порядке убывания приоритетности:

 

1. 40-мм пушки «Vickers»-S ;

 

2. 20-мм пушки «Hispano» с бронебойными боеприпасами Mk.III

 

3. 25-фунтовые бронебойные реактивные снаряды

 

4. 60-фунтовые фугасные реактивные снаряды

 

5. Полудюймовые крупнокалиберные пулеметы

 

6. 9-фунтовые противотанковые бомбы

 

 И только первые три вида вооружения считались пригодными для противотанковой борьбы. Бронебойные 20-мм снаряды Mk.III, c сердечником из карбида вольфрама, так и не поступили на вооружение, 25-фунтовые ракеты, как это было описано выше, страдали от недостатка точности. Фугасное же действие 60-фунтовых ракет явно недооценивалось британскими экспертами. Как показала в последующем практика их применения против танков, эффект даже поверхностного взрыва такого количества взрывчатки был фатальным даже для тяжелых немецких танков «Тигр».

 

 

Штурмовик «Hurricane» Mk.IId с 40-мм пушками «Vickers» class S в подкрыльевых гондолах.

 

  9-фунтовые противотанковые бомбы, известные как «Puffball» показали неудовлетворительную эффективность для противотанковой борьбы, не смотря на успех подобного оружия в СССР и Германии. Истребитель-бомбардировщик нес 24 таких бомбы, которые предписывалось сбрасывать все сразу с бреющего полета или в пологом пике. Но при этом, подрыв первой же бомбы в воздухе, разрушал кумулятивную струю остальных бомб, делая их абсолютно безвредными для брони танка.

  Появление у Германии тяжелых танков поставило под сомнение вообще эффективность действий штурмовиков «Hurricane» на Европейском ТВД и в марте 1944 года за три месяца до «Дня Д» все штурмовики этого типа были выведены из Европы.

  На Дальнем Востоке же штурмовые Харрикейны летали почти до самого конца войны. Первые «Hurricane» Mk.IID пошли в бой в Бирме в декабре 1943 года в составе 20 эскадрильи RAF. Японские танки в Бирме встречались не часто, и главной работой штурмовиков 20 эскадрильи была на первых порах охота за автомобильным и речным транспортом с использованием фугасных снарядов. И лишь в начале июне 1944 года пушечные Харрикейны смогли показать себя в борьбе с бронетехникой, когда 20-я эскадрилья была задействована для поддержки 161-й Индийской бригады в Кохимском сражении в районе Импала. Японцы, предприняв контрнаступление, ввели в бой несколько танков. В ходе атаки пушечных «Hurricane» Mk.IID было уничтожено двенадцать танков при потере одного Харрикейна. В результате японская атака была остановлена и штурмовики 20-й эскадрильи переключились на другие цели, записав на счет эскадрильи до конца июня 501 речной сампан на реке Чиндуин и 348 разрушенных блиндажей. В феврале 1945 года 20-я эскадрилья снова задействовала свои штурмовики «Hurricane» Mk.IV, оснащенные восемью направляющими для реактивных снарядов. Но поскольку ракеты были в дефиците, большая часть штурмовиков была перевооружена 40-мм Виккерсами. 19 февраля эскадрилья вновь была вынуждена работать по японским танкам, уничтожив 13 из них. Причем изучение подбитой техники показало, что 11 из них были поражены именно 40-мм снарядами. 20-я эскадрилья Харрикейнов в Бирме активно действовала до июня 1945 года, являясь последним британским подразделением, использовавшим этот тип самолета.

  После победы в Кохимской битве и снятия осады с Импала были проведены огневые испытания Харрикейнов моделей Mk.IId с двумя 40-мм пушками и Mk.IIc с четырьмя 20-мм по захваченным японским танкам. «Hurricane» Mk.IIc с четырьмя пушками «Hispano» появились в Бирме в середине 1942 года и после поставок достаточного количества истребителей «Spitfire» были переориентированы на штурмовые операции.

  В ходе испытаний в качестве мишеней были использованы три японских средних танка Тип 97 Shinhoto «Сhi-Ha» и два легких танка – либо Тип 95 «Ha-Go», либо танкетка Тип 97 «Те-Ке».  

  В ходе стрельб «Hurricane» Mk.IId использовали бронебойные и фугасные снаряды, а «Hurricane» Mk.IIc обычный состав боеприпасов, состоявший из равного сочетания полубронебойных зажигательных и фугасно-зажигательных снарядов. Стрельба велась с переднего, заднего и боковых направлений, как в горизонтальном полете, так и с пикирования под углом в 45 градусов.

   «Hurricane» Mk.IId выпустили в общей сложности 64 бронебойных снаряда, добившись 11 попаданий (17%) и такое же количество фугасных, добившись 22 попадания (34 %) – все в средние танки. Пять из одиннадцати бронебойных снарядов и восемь из 22 фугасных попавших в танки были оценены, как «выводящие танк из строя».

  Из выпущенных «Hurricane» Mk.IIc в средние танки 340 штук 20-мм снарядов цели достигли только 10 или 2.9%. Такое же количество 20-мм снарядов было выпущено по легким танкам, из которых в цель попало лишь 9 штук или 2.6%. Из всех попавших в танки фугасных снарядов броню даже легких танков не пробил ни один. Зато все 10 полубронебойных оказались фатальными и для легких, и для средних танков.

  По результатам отстрелов были сделаны следующие выводы:

 - во-первых, было отмечено, что наиболее эффективна атака с пикирования.

 - во-вторых, был сделан неожиданный вывод, что в случае применения 40-мм снарядов, тип снаряда бронебойный или фугасный, не столь важен, большее значение имело место, куда попадал этот снаряд, учитывая тонкую 25-мм броню японских средних танков.

 - в третьих, больший процент попадания 40-мм снарядов «Hurricane» Mk.IId по сравнению с 20-мм «Hurricane» Mk.IIс объяснялся использованием в первом случае пристрелочных 7.7-мм пулеметов. В ходе же стрельбы с «Hurricane» Mk.IIс пристрелку пушек приходилось производить самими пушками, расходуя больше снарядов. 

 

 

 Установленная на штурмовике «Hurricane» Mk.IId 40-мм пушки «Vickers» class S с дульным адаптером «Littlejohn» 

 

  К сожалению, англичане в части повышения бронепробиваемости своих бронебойных снарядов в годы войны почти не уделяли внимания разработкам композитных снарядов, типа APCR (Armour Piercing Composite Rigid), в отличие от немцев, активно использовавших в штурмовой авиации снаряды с сердечником из карбида вольфрама (так называемый, тип Hartkernmunition).

  Единственные разработки англичан в годы войны, - упомянутый выше 20-мм бронебойный снаряд Mk.III , который так и не вышел из стадии экспериментального. Зато оригинальная конструкция конусообразного адаптера «Littlejohn», подробно описанная в главе о британских авиационных системах, была испытана на одном из «Hurricane» Mk.IId в мае 1944 года. Эффективность оснащения такими адаптерами пушек «Vickers» class S была доказана пробными стрельбами. Бронепробиваемость достигла 80 мм с дистанции 500 ярдов, что было лучше, чем у немецких МК-103 и близко к советской и американской 37-мм пушкам НС-37 и М9. На самолетах этот девайс не использовали серийно, зато адаптер «Littlejohn» после окончания войны нашел применение в противотанковых пушках английской армии, которая использовала легкие фланцевые снаряды с сердечником, заполненным порошком из карбида вольфрама.

  Кроме того, в планах английских разработок в части улучшения характеристик пушек «Vickers» class S были увеличение боезапаса и введение патронной ленты вместо барабанного питания. Но к этим модернизациям так и не приступали.

  В годы войны кроме Харрикейна англичане рассматривали в качестве носителей пушек «Vickers» class S разные типы самолетов. В 1941 году на роль противотанкового штурмовика «примерялись» истребители Bell P-39 «Airacobra»; de Havilland «Mosquito»; Westland «Whirlwind» и даже вышеупомянутый многоцелевой Westland «Lysander».

  Были отклонены также проекты оснащения 40-мм пушками бомбардировщиков Bristol «Blenhaim»; Martin «Maryland»; Douglas А-20 «Havoc» и штурмовика Bristol «Beaufighter». Причем, в последнем случае причина отказа не ясна, поскольку казалось бы этот самолет идеально подходил для этой роли. Наибольший интерес вызывали два проекта Westland «Whirlwind» с одной 40-мм «Vickers» -S в носу и de Havilland «Mosquito» с двумя пушками под носовой частью, а также дополнительной броней кабины пилота и двигателей. От последнего варианта отказались ввиду разработки на базе этой машины противокорабельного штурмовика «Mosquito»Mk.XVIII с 57-мм пушкой «Molins»-М. Во второй половине войны также рассматривался вариант штурмовиков на базе истребителей North American «Mustang» и Hawker «Tempest». Последний, уже после окончания боевых действий был реализован в опытном экземпляре штурмовика, вооруженном парой более мощных артиллерийских систем - 47 мм «Vickers» class P с начальной скоростью снаряда 808 м/с. Эти пушки стреляли бронебойными снарядами 47х362R массой по 2,07 кг, которые были призваны поражать броню толщиной до 75 мм. Разработка этих орудий была инициирована в конце войны для борьбы с немецкими тяжелыми танками, но до окончания войны завершена не была. В начале 1946 года истребитель «Tempest» Mk. V с парой 47-мм пушек «Vickers» class P испытывался и, в целом, вел себя неплохо, однако, проект принят не был, отчасти из-за того, что бронепробиваемости 75 мм уже оказалось недостаточно. Было отмечено, что больший эффект дало бы принятие на вооружение композитного снаряда с се рдечником из карбида вольфрама, однако, вольфрам был в дефиците и проект забросили.

 

Опытный штурмовик «Tempest» Mk. V с парой 47-мм пушек «Vickers» class P 

 

 

  Рассматривались также варианты оснащения штурмовиков помимо 57-мм пушки «Molins»-М, упомянутой выше, пушкой «Тип GA» того же калибра, но менее мощной и более компактной, а также 12-фунтовой 70-мм пушкой. По расчетам бронепробиваемость этих пушек могла бы достигать 100 и 120 мм соответственно, но все эти проекты так и остались на чертежных досках.

 

 

                                          Реактивные снаряды США.

 

  Американцы приступили к разработкам собственных реактивных снарядов практически одновременно с англичанами, однако, результат оказался не в пример лучше и прогрессивнее.

  Разработки авиационных ракет были инициированы в 1940 году Национальным исследовательским комитетом обороны (National Defense Research Committee) и Департаментом боеприпасов (Army Ordnance Department). Разработки велись в одном из главных мозговых центрах американских военных разработок армейском арсенале Пикэтини (Picatinny Arsenal). В отличие от англичан, американцам удалось разработать весьма совершенный образец ракетного оружия, на тот момент превосходивший любой зарубежный аналог, хотя и не лишенный недостатков.

  Первые наземные испытания ракет провели в мае 1941 года, которые, в целом, прошли достаточно гладко и почти ровно через год, в июне 1942, начались испытания ее с борта истребителя Р-40. В 1943 году реактивный снаряд, получивший стандартное армейское обозначение М8 был запущен в массовое производство – суммарный объем выпуска с 1942 по 1945 год их составил свыше 2.5 миллионов штук.

  Реактивный снаряд массой 17 кг имел в длину 36 дюйма (911 мм), калибр 4.5 дюйма (114 мм). Запуск предполагалось осуществлять из гладкоствольных труб-направляющих. В годы войны выпускались три модификации направляющих для ракет М8 – наиболее распространенные были пластиковые М10, кроме них были стальные М14 и из магниевого сплава М15. Направляющие имели одинаковую длину – 10 футов (около 3 м) и отличались массой (пластиковая весила 36 кг, стальная 86 кг, магниевая – 39 кг) и толщинами стенок. 

 

Реактивные снаряды США:

М8 – справа и М8А3 слева.

 

  Сама ракета имела сужение в хвостовой части, куда укладывались четыре складных подпружиненных стабилизатора, которые раскрывались при выходе ракеты из пусковой трубы. Маршевый ракетный пороховой двигатель содержал 2.15 кг топлива и обеспечивал ей скорость 970 км/ч. Дальность действия ракеты составляла 4.2 км, хотя практическая не превышала 3 км. Боевая часть массой 18 кг (40 фунтов) выпускалась изначально двух видов – бронебойная болванка и фугасный снаряд, содержащий 3.9 кг тротила.

   Не смотря на высокую начальную скорость первые же боевые стрельбы во второй половине 1943 года, когда серийные ракеты М8 были применены для штурмовых операциях в Бирме, показали, что точность их невысока, конструкция была переработана и в конце 1943 года в серию пошла улучшенная модель М8А3. У новой версии ракеты площадь складных стабилизаторов была увеличена и их стало пять вместо четырех. Кроме того, была увеличена тяга маршевого ракетного двигателя. Дальнейшим совершенствованием ракеты М8 стала версия Т22, появившаяся в начале 1944 года. Была несколько уменьшена длина ракеты с 36 до 33 дюймов (838 мм), а также уменьшена мощность фугасной боевой части до 2.1 кг тротила. Не смотря на кажущееся ухудшение боевых характеристик, надежность и точность версии Т22 значительно возросли, тем более, что уменьшение количества ВВ в боеголовки легко компенсировалось более мощными видами взрывчатки. В процессе выпуска ракет М8 их модификации множились. В течение 44-45 годов появились полубронебойные Т78, фугасные Т83. Для обучения разным задачам применения разных видов боеприпасов выпускались по меньшей мере три вида учебно-тренировочных реактивных снарядов – Т46; Т86, Т83. 

 

 

Истребитель-бомбардировщик Republic P-47 «Thunderbolt». Под крылом подвешены блоки из трех направляющих реактивных снарядов М8.

Во многих источниках эти ракеты ошибочно именуют «Базуками». К ручному противотанковому гранатомету «Bazooka» авиационный реактивный снаряд М8 не имеет никакого отношения.

 

 Активно применявшиеся с 1943 года реактивные снаряды семейства М8 показали себя весьма эффективным оружием, хотя и отличались неважной точностью. Даже с 300 метров лишь 5% выпущенных самолетом ракет поражали неподвижную цель. Впрочем, точность реактивных снарядов 2-й Мировой войны была ахиллесовой пятой всех стран.

  Помимо штурмовой авиации США, М8 активно использовали и наземные войска, монтируя пусковые многоствольные установки на танках, грузовиках и бронетранспортерах, и флот, - на кораблях. Не смотря на «авиационную ориентацию» ракет М8, наземные войска и флот израсходовали этих реактивных снарядов в несколько раз больше, применяя их с многоствольных установок залпового огня.

  В авиации пусковые установки монтировались в блок по три штуки под каждым крылом американских истребителей. Наиболее распространенными типами машин, использовавших ракеты были истребители P-47 «Thunderbolt», P-51 «Mustang» и P-38 «Lightning», активно привлекавшиеся для штурмовых операций в Европе. Ну и морская авиация США на Тихом океане использовала реактивные снаряды М8 при многочисленных десантных операциях.

 

  Развивая удачную конструкцию, в конце 1944 года американцы разработали более мощный вариант реактивного снаряда на базе М8, условно обозначенный как «Super M8». Размеры этой ракеты значительно подросли – общая длина 1.78 м, масса 47 кг, скорость достигла 900 м/с или 1450 км/ч., а дальность действия превысила 6 км. Ракету «Super M8» планировалось комплектовать либо бронебойной целиковой боевой частью, либо фугасной, содержащей 3.9 кг взрывчатки. Кроме того, разработчики отошли от идеи складных стабилизаторов, сократили их до исходных четырех, увеличив их площадь. «Super M8» успешно прошла испытания в декабре 1944 года, но начавшееся внедрение в серию было приостановлено с завершением войны, тем более, что ни каких существенных преимуществ по сравнению с серийными ракетами HVAR она не имела. 

 

Бронебойный 89-мм противолодочный реактивный снаряд «3.5-Inch FFAR» под крылом торпедоносца TBF ―Avenger.

 

 

  В июле 1943 года под влиянием британских разработок реактивных снарядов для борьбы с подводными лодками американцы инициировали собственные разработки для флота. Результатом явилось появление в конце 1943 года неуправляемой противолодочной ракеты калибра 3.5 дюйма или 89 мм, обозначенной как «3.5-Inch FFAR» (Forward Firing Aircraft Rocket – дословно, - стреляющая вперед авиационная ракета).

 

  Масса ракеты составляла 24.5 кг из которых 9 кг приходилось на целиковую бронебойную боеголовку, длина 1.38 м. Пороховой маршевый двигатель тягой 10.4 кН обеспечивал ей скорость 800 м/с или 1290 км/ч. Эффективная дальность стрельбы составляла 1370 метров. Ракета уверенно держала траекторию, достигая подводной цели на глубине до 40 метров.  

 

  Применяла «3.5-Inch FFAR» исключительно морская авиация США, да и то недолго, не смотря на то, что объем выпуска составил около 10 тыс. ракет в месяц с сентября 1943 года. Ракета оказалась недостаточно мощным оружием для борьбы с подводными лодками и в декабре 1943 года в серию пошла более мощная 5-дюймовая «5-Inch FFAR», в которой использовался тот же самый маршевый ракетный двигатель диаметром 89 мм, на который монтировалась увеличенная до 127 мм фугасная боевая часть. Первоначально выпуск осуществлялся параллельно с 3.5-дюймовыми ракетами, но с середины 1944 года 5-дюймовая версия полностью вытеснила первую с конвейера.

 

  Учитывая то, что маршевому двигателю пришлось «таскать» более тяжелую боевую часть, скорость 5-дюймовой версии заметно снизилась – до 217 м/с или 780 км/ч. Снижение скорости, правда компенсировалось мощностью фугасного действия 20 кг боевой части, содержащей 2.9 кг взрывчатки. Длина «5-Inch FFAR» составляла 1.65 м, масса 36 кг, дальность пуска 1.6 км. 

 

Подвеска 127-мм реактивных снарядов «5-Inch FFAR» под крыло истребителя F4U - Corsair.

Хорошо заметная увеличенная в диаметре боевая фугасная часть по сравнению с маршевой – отличительный признак этого типа реактивных снарядов.

 

  Реактивные снаряды «5-Inch FFAR» выпускались до конца войны и активно применялись американской морской авиацией, главным образом на Тихом океане, однако, несмотря на высокую эффективность, естественным было желание поднять скорость ракеты хотя бы до уровня предыдущей 3.5-дюймовой версии, сохранив при этом разрушительное действие 127-мм фугасной боевой части. 

127-мм фугасный реактивный снаряд «5-Inch FFAR» 

 

  Реактивные снаряды «5-Inch FFAR» еще только начали поступать на вооружение морской авиации, а на испытания уже вышла одна из самых эффективных ракет 2-й Мировой войны 127-мм «Святой Моисей» («Holy Moses»)- «5-Inch HVAR» (High Velocity Aircraft Rocket – дословно, - высокоскоростная авиационная ракета), совместившая в себе высокую скорость и проникающую способность бронебойной «3.5-Inch FFAR» и разрушительное действие фугасной «5-Inch FFAR». 

 

Реактивные снаряды «HVAR» калибра 127 мм. Широко известное собственное имя «Holy Moses» - «Святой Моисей. 

 

 

 

Подвески под крыльями палубного истребителя F6F5 ―Hellcet (вверху)

и армейского двухмоторного Р-38L ―Lightning.

 

  В случае с реактивным снарядом HVAR разработчики изначально предполагали два типа боевых частей массой 20.4 кг – бронебойную болванку и фугасную, содержащую 3.5 кг взрывчатки. Длина ракеты составляла 1.83 м, масса 64 кг. Более мощный маршевый твердотопливный двигатель сообщал ей скорость 420 м/с или около 1520 км/ч. Предельная дальность пуска составляла 3 мили, то есть около 5 км. Разумеется, на такой дальности не то, что попасть, увидеть что-либо было проблематично, но эффективная дальность 2 – 2.5 км была вполне достижима.

  Поступившая на вооружение как морской, так и армейской авиации США в июле 1944 года, «5-Inch HVAR» показала себя очень эффективным и мощным оружием, впервые достигнув приемлемой точности. Применяли их очень широко. Существовали десятки вариантов серийных и экспериментальных подвесок ракет «HVAR» на самых разных самолетах армии и флота США. Перечислять типы самолетов, использовавших «HVAR» в бою, нет смысла, ибо не ставили их разве что только на стратегические бомбардировщики. Оценить процент попаданий в цель типа танк довольно сложно, учитывая то, что отчеты пилотов, выполнявших штурмовые миссии в конце войны, завышены в несколько раз, о чем будет идти речь ниже. Но очевидно то, что точность реактивных снарядов «HVAR» не шла ни в какое сравнение с аналогичными ракетами Великобритании и СССР. Лишь поздние противотанковые немецкие ракеты превосходили ее в точности стрельбы, при этом будучи узкоспециализированными, и не шли ни в какое сравнение с ней по мощности боевой части.

  Что касается бронепробиваемости, то по американским данным с дистанции 1 мили «5-Inch HVAR» с бронебойной боевой частью пробивал 38-мм бронеплиту.

  По завершению 2-й Мировой войны 127-мм реактивные снаряды «HVAR» еще долго оставались на вооружении, «поучаствовав» в боевых действиях в Корее, комплектовались различными боевыми частями и, послужив базой для целого семейства послевоенных НУРС.

  Самой мощной из неуправляемых авиационных ракет, применяемых разными странами во время войны стала 11.75-дюймовая «Tiny Tim», разрабонанная Калифорнийским Технологическим институтом (Caltech) в соавторстве с Институтом Морских Вооружений (Naval Air Weapons Station) в Чайна Лейк. 

 

Авиационная ракета «Tiny Tim»

1 - стальная предохранительная мембрана; 2 - сопловой блок; 3 - воспламенитель; 4 - колосниковая решетка; 5 - стабилизатор; 6 - хомут крепления стабилизатора; 7 - кронштейн со штифтом для подвески к пусковой установке; 8 - ушко для подвески к самолету; 9 - топливная шашка; 10 - болты, стягивающие хомут; 11 - решетка; 12 - крышка двигателя; 13 - взрыватель; 14 - детонатор; 15 - заряд ВВ; 16 - стальной бронебойный наконечник; 17 - каркас для крепления топливных шашек.

 

Сборка ракет «Tiny Tim». Хорошо видна сопловая часть.

 

 

 Впервые требования к ракете с большой разрушительной силой были выдвинуты 24 февраля 1944 г., которую планировалось использовать в атаках на пусковые установки немецких ракет V-1. Несмотря на очень сжатые сроки проектных работ, к моменту окончания войны в Европе новая ракета только начала поступать на вооружение.

 

  При разработке ракеты «Tiny Tim» был использован опыт создания ракеты «HVAR». В частности, были применены четыре удлиненные крестообразные топливные шашки весом по 16,5 кг. Общий вес топлива - 66 кг. Аналогичную конструкцию имел также сопловой блок, только число периферийных, сопел было увеличено до 24. В центре также было сделано предохранительное сопло, закрытое стальной мембраной. Двигатель развивал тягу 13500 кгс (по другим данным - 12000 кгс) в течение 1 секунды, обеспечивая скорость полета ракеты 245.8 м/с. Стабилизация ракеты осуществлялась четырьмя стабилизаторами, которые имели сборную конструкцию и сваривались из алюминиевых штамповок. Крепление стабилизаторов к корпусу ракеты осуществлялось с помощью двух хомутов. Заново была разработана боевая часть. Она представляла собой стальную отливку, снаряженную 66 кг взрывчатки. В донной части боевой части располагался взрыватель. Общий вес боевой головки составил 267 кг. После пуска ракета могла пробить железобетонные перекрытия толщиной 1 метр. 

 

Ракета «Tiny Tim» под крылом палубного бомбардировщика SB2C ―Helldiver.

 

Пуск «Tiny Tim» с бомбардировщика PV-1 ―Venture.

 

  Ракета имела стартовый вес 581,7 кг, длину 3,129 м, диаметр - 298.5 мм, размах стабилизаторов 910 мм. Из-за большого веса она предназначалась для вооружения, прежде всего, бомбардировщиков Douglas А-26 «Invader», но не исключалась также ее установка на истребителях. Для ракеты не была разработана пусковая установка - она подвешивалась к стандартным бомбодержателям соответствующей грузоподъемности. После сброса «по-бомбовому» разматывался вытяжной шнур, закрепленный на самолете, который на безопасном расстоянии от носителя запускал двигатель. Конечно, такой способ запуска снижал точность стрельбы. В августе 1944 г., во время испытаний, произошла катастрофа. После сброса и запуска двигателя ракеты ее факел повредил рулевые поверхности самолета, вследствие чего он перешел в пикирование и разбился. Испытатель, лейтенант Армитидж, погиб. После этой катастрофы длина шнура была увеличена, а заряд воспламенителя - уменьшен. После проведенных доработок подобные катастрофы больше не повторялись. 

  Известно, что небольшое количество ракет «Tiny Tim» было применено в заключительных боях за остров Окинава. Оценить их эффективность не удалось, так как там применялось множество различных огневых средств. Позже данная ракета широко применялась во время войны в Корее.

 

 

                                        Действия истребителей-бомбардировщиков в Европе в 1944-45 гг .

 

  «День D» 6 июня 1944 года ознаменовал открытие «Второго фронта» в Европе. К этому времени ВВС США и Великобритании получили практически полное господство в воздухе. Численный перевес в авиатехнике по некоторым оценкам достигал 15 крат. Большая часть истребителей Люфтваффе, задействованных на Западе, была брошена на защиту воздушного пространства над Германией от массированных атак тяжелых бомбардировщиков союзников. В результате английские и американские истребители, действовавшие над северным побережьем Франции, остались почти без привычной работы по уничтожению самолетов противника и смогли переключиться на штурмовые операции.

  Несмотря на вялую реакцию люфтваффе летом 1944 года, наземные войска Германии на Западе Европы представляли собой достаточно грозную силу. Особую опасность представляли для союзников танковые части Вермахта. Ни один английский или американский танк не мог выстоять в поединке один на один с немецкими «Тиграми» и «Пантерами», что вызывало серьезную обеспокоенность союзников. Очень часто лишь подавляющее численное преимущество союзных бронетанковых частей позволяло остановить или задержать немецкие танковые контратаки. Кроме того хороший эффект давало воздействие союзной авиации на немецкую транспортную систему, службы снабжения и резервы. Ударам с воздуха подвергались точки связи, железные дороги и мосты. Однако, такие действия являлись лишь полумерой, задача уничтожения танков на переднем крае в тесном контакте с собственными войсками оставалась открытой. И для решения ее ВВС США и Великобритании полагались прежде всего на свои истребители-бомбардировщики. Основными рабочими лошадками в решении задач по уничтожению вражеской бронетехники с американской стороны был Republic P-47 «Thunderbolt» 9-й Воздушной Армии (Air Force), с английской - Hawker «Typhoon» 2-й Тактической Воздушной армии (Tactical Air Force). Конечно, для штурмовых миссий привлекались и другие типы самолетов, среди которых были и North American P-51 «Mustang», и Lockheed P-38 «Lightning» с американской стороны, и Hawker «Tempest» с английской. Но основной задачей «Мустанга» было эскортирование собственных бомбардировщиков 8-й Воздушной Армии, а британские «Темпесты» в этот период занимались перехватами крылатых ракет V-1, терроризирующих британские города.

  Обычным вооружением Р-47 были восемь 12.7-мм пулемета «Browning» AN/M2 в крыльях и дополнительная внешняя подвеска бомб суммарной массой до тонны. С июля 1944 года также часто использовались реактивные снаряды, либо до десяти 5-дюймовых «HVAR», либо 6 направляющих труб 4.5-дюймовых М8 в связках по три. «Typhoon» был вооружен четырьмя крыльевыми 20-мм пушками «Hispano» Mk.II и восемью рельсовыми направляющими для 60-фунтовых реактивных снарядов. Бомбы общей массой 908 кг также использовались с этих машин, но значительно реже. 

 

Hawker «Typhoon» Mk.Ib – поздняя версия с 4-лопастным винтом и подвеской 8-ми 60-фунтовых ракет. 

 

 

Как уже отмечалось выше, первоначально английские аналитики недооценили разрушительное действие 60-фунтовых фугасных ракет, но, как показала практика, взрыв 12 фунтов тротила может и не нанести смертельные повреждения тяжелому танку при попадании в лобовые листы, но гарантированно выводил его из строя, уничтожая все небронированные части танка – приборы наблюдения, вооружение, разрушая ходовую часть, нанося серьезные контузии экипажу. При атаке с боковых и кормовых направлений, от 60-фунтового снаряда не спасала и броня. Хорошо известна гибель самого результативного танкового аса 3-го Рейха Михаэля Виттмана (Michael Wittmann), погибшего вместе с экипажем на своем «Тигре» именно вследствие попадания 60-фунтовой ракеты с «Тайфуна» в кормовую часть танка.

 

  В течение всей кампании пилоты истребителей-бомбардировщиков находились в постоянном контакте с ПВО немцев, неся при этом очень серьезные потери. Только одна 198 эскадрилья RAF, вооруженная «Тайфунами» за неполных 12 месяцев боев в период с 6 июня 1944 года по май 1945 в ходе штурмовых операций во Франции и Германии, трижды полностью сменила матчасть и дважды летный состав, потеряв сбитыми 43 самолета и 24 погибших пилота. Причем, 27 самолетов были сбиты в период с июня по сентябрь 1944 года, похоронив под своими обломками 20 летчиков, включая командира эскадрильи «Дэйва» Дэвиса (S/Ldr I. J. 'Dave' Davies), сбитого немецкими зенитчиками 22 июня 1944 года. 

 

 Истребитель-бомбардировщик Hawker «Typhoon» Mk.Ib № ЕК497 сбит по ошибке американским Мустангом 1 янв. 1945 года. Пилот флайт лейтенант Дональд Веббер (Donald Webber) погиб. 

 

 

  Не менее ощутимыми были потери американцев, летавших на истребителях Р-47, традиционно считавшихся более живучими из-за своего мотора воздушного охлаждения. Так, 368 истребительная группа а составе 395-й, 396-й и 397-й эскадрилий, задействованная в штурмовых операциях во Франции и Германии, с весны 1944 года до конца боевых действий, потеряла погибшими 64 пилота и 97 самолетов, причем потери были распределены следующим образом. Большая часть пилотов - 24 - была сбита немецкими зенитками, 19 погибли в авариях, не справившись с управлением на малой высоте, 15 были сбиты истребителями и 6 погибли при невыясненных обстоятельствах.

 

  С одной стороны обезличенные цифры потерь мало о чем могут сказать непосвященному читателю, но с другой стороны, стоит сравнить потери 97 самолетов только одной группы, действовавшей в течение года, с общими потерями 824 «Тандерболтов», погибших в воздушных боях во всех американских эскадрильях, применявших эту машину за четыре года войны на всех фронтах. Тогда полученные 8.5% заставят задуматься. 

 

Истребитель-бомбардировщик Republic P-47 «Thunderbolt» во время атаки ракетами ―HVAR.

 

 

Однако, и эти данные были бы неполными, если не оценить боевую эффективность истребителей-бомбардировщиков союзников в штурмовых операциях над Западной Европой последнего года войны.

 

Воспроизводить на этих страницах заявленные победы союзных групп дело неблагодарное и лишь внесет путаницу, поскольку уж так устроены летчики – ребята бравые, героические, но скромностью сродни рыбакам. Поэтому для более объективной оценки стоит привести аналитические данные из фундаментальной исследовательской работы доктора Яна Гудерсона (Ian Gooderson) «Air Power at the Battlefront: Allied Close Air Support in Europe 1943-45» (издательство «Frank Cass Publishers», 1998 г.), в которой автор очень подробно и серьезно разбирает эту тему.

 

  Еще до окончания боевых действий в Европе была создана британская комиссия для оценки боевых действий групп истребителей-бомбардировщиков, задействованных в штурмовых миссиях. Результаты обескуражили. Из 223 немецких танков «Пантера», уничтоженных в 1944 году на Западном фронте лишь 14 из них имели повреждения, характерные для воздушных атак. Причем из этих 14 танков 11 было выведено из строя ракетами и три авиационными пушками. В ходе Мортенского сражения (Battle of Mortain) 7 – 10 августа 1944 года английские и американские эскадрильи истребителей-бомбардировщиков беспрерывно атаковали немецкие бронетанковые части, перешедшие в наступление, в течение шести часов, заявив уничтоженными 252 немецких танка и около 500 других транспортных средств. Анализ вопроса показал, что в ходе этого сражения немцы всего имели в наличие 177 танков и САУ и только 46 из них были потеряны, из которых лишь девять (!) были результатом воздушных атак – семь были поражены реактивными снарядами и два бомбами. Во время прорыва из Фаласского котла в конце августа, штурмовые группы ВВС союзников заявили 391 единицу уничтоженной бронетехники. Но лишь 133 из них оказалась реально подбитой, из которых лишь 29 бронетранспортеров и три САУ были признаны уничтоженными с воздуха. В ходе отступления немецких войск к р. Сене британские штурмовики Hawker «Typhoon» несколько часов атаковали скопление немецкой бронетехники. Английские пилоты заявили 222 единицы подбитой бронетехники, но лишь 13 были признаны впоследствии уничтоженными с воздуха. В ходе боев за Арденнский выступ только семь из 101 единицы подбитых танков, САУ и бронетранспортеров Вермахта можно было признать уничтоженными в результате воздушных атак, что разительно отличается от 90 заявленных пилотами.

 

  При этом следует отметить обстоятельства, при которых приходилось действовать частям Вермахта – постоянное отступление – у инженерных частей просто не было возможности обеспечить эвакуацию поврежденной техники, кроме того, многие немецкие танки оказывались брошенными неповрежденными своими экипажами.

 

  По итоговым оценкам, вероятно, не более 100 танков и самоходных орудий немцев были потеряны от ударов с воздуха в течение всей кампании во Франции. Это разительно контрастирует с потерями в авиатехнике союзников. Только 9-я Воздушная армия США, ответственная за тактические операции на Западе, потеряла около 1700 самолетов, к которым следует добавить еще и потери английских самолетов 2-й Тактической армии.

 

  Такая обескураживающая неэффективность действия союзной штурмовой авиации в борьбе с бронетехникой становится вполне объяснимой при анализе вооружения истребителей-бомбардировщиков, оказавшемся не пригодным для уничтожения вражеских танков. Грубо говоря, стрелковое вооружение из крупнокалиберных пулеметов и 20-мм пушек было способно сравнительно легко поражать танки противника, но убойное действие их боеприпасов было недостаточно для того, чтобы их повредить за исключением разве что откровенного везения. Реактивные снаряды, безусловно, почти гарантированно уничтожали танки в случае прямого попадания, но точность их оставляла желать лучшего. Применение бомб было также затруднительно ввиду тактики действия истребителей-бомбардировщиков, старавшихся действовать с бреющего полета, чтобы не попасть под смертельный огонь скорострельных малокалиберных зениток.

 

  Однако, когда дело не касалось борьбы с танками, эффективность истребителей-бомбардировщиков была весьма высока. Британские исследования показали, что около 25% выпущенных 20-мм снарядов попадали в цель площадью 3 кв. метра. Кадры из фотокинопулеметов показывали, что атака из пушек в железнодорожные локомотивы в 42% случаев можно было оценить, как наносящие серьезный ущерб, 46% - как «некоторые повреждения» и только 12%, как промах. В случае атак автомобильного транспорта – 32% - как «вероятно уничтоженный», 47% - поврежденный и 21% - промах. Оптимальной тактикой атаки было пологое пикирование под углом 10 - 20°, стрельба очередью в течение 1 – 3 секунд с дистанции 600 – 250 м.

 

  Результаты оценок для самолетов США, вероятно, были похожими, за исключением несколько меньшей эффективности американских полудюймовых пулеметов.

 

  Действия бронебойных пуль пятидесятого калибра и полубронебойных 20-мм снарядов могло быть относительно эффективным для поражения с небольших расстояний 20 мм брони при условии попадания в нее под углом близким к нормали. Но условия стрельбы с бреющего полета или пологого пикирования предопределяли острый угол попадания в цель, к тому же большинство немецких танков завершающего периода войны имели толщину брони крыши башни не менее 25 мм. Поэтому, любые танки, выведенные из строя вследствие обстрела из авиационных пушек и пулеметов, являлись результатом редкого везения, когда пули и 20-мм снаряды проникали внутрь через жалюзи охлаждения двигателя или открытые люки, что бывало довольно редко.

 

  Как уже отмечалось, попадание реактивного снаряда в танк почти всегда означало его гибель, но точность ракет того времени оставляла желать лучшего. Даже в идеальных условиях вероятность попадания реактивными снарядами в цель типа танк не превышала 5%. Это было наглядно продемонстрировано на полигоне, когда захваченная «Пантера» была помещена в центр поля, окрашена в белый цвет с большим красным крестом, нанесенным на башню. В пробных стрельбах участвовали 8 штурмовиков Hawker «Typhoon», пилотируемых специально отобранными боевыми летчиками, которые были отнюдь не новичками. По хорошо видимой неподвижной цели были выпущены 64 реактивных снаряда в крутом пике с дистанции 750 – 900 метров и лишь три ракеты попали в танк, что составило 2.4% от выпущенных снарядов. В бою точность стрельбы ракетами, очевидно, была еще ниже и по оценкам не превышала 0.5%. Другими словами для поражения одного танка требовалось выпустить 200 реактивных снарядов, задействуя при этом 25 самолетов. При этом необходимо учесть, что около 20 – 30% процентов реактивных снарядов не срабатывали при попадании. Кроме того, можно отметить весьма своеобразную траекторию полета реактивного снаряда, который в момент запуска «проваливался» ниже линии визирования, а затем, когда маршевый двигатель набирал мощность, поднимался выше линии, чтобы потом выровняться. Из-за этого было желательно, чтобы запуск РС был произведен в диапазоне дистанций от 900 до 1800 м. К тому же летящий реактивный снаряд был очень чувствителен к боковому ветру. При скорости ветра более 15 км/ч запуск РС вообще был равносилен стрельбе наугад.

 

  Наибольшая точность при стрельбе реактивными снарядами достигалась при почти вертикальном пикировании, сводящем к минимуму причуды траектории полета ракеты, но при этом атакующий самолет оказывался сильно уязвим для немецких зенитчиков, поэтому большинство пилотов предпочитало атаковать с бреющего полета на высоте крон деревьев, а ракеты выпускать с дистанции ближе 500 метров. Этот факт весьма любопытен, поскольку английские теоретические исследования показали, что атака с высот менее 30 метров в восемь раз опаснее пикирования с точки зрения вероятности поражения средствами ПВО. Вероятно, летчики, использовавшие тактику низковысотных атак, действовали, скорее больше полагаясь на собственную интуицию, чем на инструкции теоретиков, активно используя для скрытного подхода к цели рельеф местности и здания, часто при этом погибая от столкновения с проводами, деревьями и просто не справившись с управлением на малой высоте.

 

  Так за короткий период 368 истребительная группа США потеряла двух командиров эскадрилий. 26 июня 1944 года командир 396 эскадрильи капитан Леон Майерc (Leon D. Myers) на своем «Тандерболте» в ходе атаки с бреющего полета зацепился за дерево в районе местечка Tessy Sur Vire. Чуть более, чем через месяц, 14 августа 1944 года, так же трагически погиб его коллега из 395 эскадрильи капитан Томас Монтей (Thomas N. Montay), врезавшись в деревья в ходе уклонения от зенитного огня около Домфранта (Domfront).

 

Эти летчики были отнюдь не новички, а их судьбу разделили сотни коллег из других частей.

 

Командир 395 эскадрильи 368 группы капитан Томас Монтей (Thomas N. Montay) около своего P-47D-25-RE №42-26393, названного ―Sally в честь его жены.

14.08.44 в ходе выполнения противозенитного маневра на предельно малой высоте не справился с управлением и врезался в деревья в местечке Domfront, Франция.

 

 

 Применение стандартных бомб калибра 113 или 227 кг оказалось еще менее эффективным. В среднем лишь 50 процентов бомб попадали в 120 метрах от цели, а средняя радиальная ошибка составляла 144 метра. При этом минимальная безопасная высота сброса бомбы калибра 227 кг составляла около 250 метров, с которой вероятность попадания бомбы достаточно близко, чтобы вывести танк из строя была крайне мала. Тем не менее, пилоты американских штурмовиков предпочитали использовать бомбы при штурмовках, как менее рискованное занятие с точки зрения времени нахождения под обстрелом вражеских зениток. 

 

  Существует статистика, что за время боевых действий в Западной Европе в последний год войны американская авиация 9-й Воздушной армии израсходовала 14 тыс. реактивных снарядов, в то время как за тот же период самолеты 2-й Тактической армии RAF выпустили 220 тыс. ракет.

 

  Некоторый эффект мог быть достигнут при применении напалмовых бомб, но только в случае применения их вдали от собственных войск, для которых напалм представлял не меньшую опасность. Несмотря на очевидный провал действий штурмовых эскадрилий союзников в борьбе с бронетехникой, в западной литературе, особенно мемуаристике, прочно укоренился откровенный пиар, о потрясающей эффективности истребителей-бомбардировщиков англичан и американцев. Более того, например, за английским «Тайфуном» даже закрепилось неофициальное прозвище «убийцы танков» - «tank-buster». Так что же лежало в основе такой репутации союзных штурмовиков? Если оставить за кадром естественное желание пилотов прихвастнуть и преувеличить собственные успехи, а также идеологические мотивы командования, то можно с большой долей вероятности предположить, что пилоты действительно считали, что уничтожают танки противника в огромных количествах. Для такого вывода есть несколько причин:

 

 - во-первых, проблемы с идентификацией. Полет на большой скорости у самой земли, с ограниченным обзором в условиях, когда по тебе стреляют из всех видов оружия, вряд ли можно назвать идеальными условиями для наблюдения.

 

 - во-вторых, к этому следует добавить естественное стремление любого летчика поскорее выйти из зоны обстрела. В этом случае, времени на идентификацию просто не остается и любой объект на поле боя, смутно напоминающий размерами танк, идентифицируется именно как танк, и, как правило, танк «Тигр» - самая желанная цель. Многие из уничтоженных «Тигров», на деле оказывались бронемашинами, бронетранспортерами, инженерной техникой и автомобилями.

 

 - в третьих, проблемы с наблюдением эффекта от атаки. Пушечные снаряды и крупнокалиберные пули, применяемые для атак часто были зажигательными, и при попадании в цель, огонь, дым и взрывы были хорошо видны. Танки, маневрирующие на поле боя, также генерировали много дыма. Пилот, видя огонь, дым и взрывы, естественно принимали желаемое за действительное, уверенно докладывая, что танк «горит и уничтожен», не смотря на то, что стрелковое оружие истребителей крайне редко наносили танкам существенные повреждения. Взрывы бомб и ракет создавали облако огня, дыма и пыли, закрывавшее поле боя на большой площади. Пилоты, как правило, считали, что в таком аду нереально чему-либо уцелеть и ошибались. Бомба должна была попасть хотя бы в 5 – 10 метрах от танка, чтобы нанести ему серьезные повреждения, в то время как реактивному снаряду для уничтожения танка требовалось только прямое попадание. И то, и другое случалось довольно редко.

 

 - в четвертых, существовала проблема дублирования. Когда разные летчики атаковали уже уничтоженные и поврежденные танки, ориентируясь на отсутствие видимых повреждений, не заметных с воздуха.

 

  Тем не менее, не смотря на отсутствие заметных успехов в борьбе с бронетехникой, атаки союзных истребителей-бомбардировщиков все же внесли существенный вклад в завершающие сражения 2-й Мировой. Пушечно-пулеметный огонь мог быть весьма эффективен для большинства целей. Особенно эффективны были атаки транспортных колонн, поездов, и служб обеспечения, без которых танковые операции противника просто захлебывались. Очевидно, что без вовремя доставленного топлива, боеприпасов и запчастей самый мощный танк превращался просто в бесполезную железную коробку.

 

 И, естественно, немаловажное значение имел чисто моральный эффект от воздушной атаки. Не у всякого танкиста хватит духа оставаться внутри танка, слушая стакатто попавших в броню снарядов и пуль и, видя разрушения, производимые ракетами и бомбами, падающими вокруг. Вполне логично, что у многих экипажей танков просто сдавали нервы и они покидали свои машины неповрежденными, считая, что у них больше шансов уцелеть вне танка. В ходе вышеописанного Мортенского сражения контрнаступление немцев было остановлено, не смотря на лишь несколько уничтоженных танков. Большое количество бронетехники было просто брошено на поле боя неповрежденной, в чем не малая заслуга психологического эффекта от массированной атаки с воздуха. Психологический эффект имел и обратную сторону. Наземные войска союзников приветствовали постоянный «прессинг» на противника со стороны своих штурмовиков, вне зависимости от реального урона, наносимого противнику.

 

 

© Аранов Е.Л.